Зять для папули, стр. 43

***

Под одеялом жарко. Отодвинула его в сторону и улыбнулась, ощущая приятную прохладу на коже. Сквозь сон чувствую, как нечто горячее и теплое касается моей щеки, затем шеи. Щекочет и обжигает. Нахмурив недовольно брови, с трудом открыла глаза.

Вжалась в подушку и инстинктивно протянула руку, желая прогнать наваждение. Надо мной склонился силуэт, который я узнаю из тысячи.

- Что ты делаешь в моей спальне? – бормочу сквозь сон. – Брысь!

Фигура отрицательно тряхнула длинными волосами и переместила губы к оголенному плечу. Развешаю себе не шевелиться и молча ждать продолжения. Кроме того, меня приятно волнуют его прикосновения. Сейчас, ещё немного и возмущенно парня с себя.

Губы Найка находят мои, и он прижимает меня к матрасу телом, под тяжестью которого он прогибается. Тону в приятных ощущениях. Руки непроизвольно тянутся к силуэту. Стараюсь ни о чём не думать в этот момент, хотя часть меня желает объяснений такому поведению.

Он пахнет ванилью. Так странно. По телу разлилась приятная нега, ощутила легкое покалывание в пальцах ног. Его губы такие мягкие и нежные. Он не прерывает поцелуй, на который я уже отвечаю с готовностью. Пальцы тянут край его футболки на себя. Не отдам. Не отпущу. Мой.

В пижаме становится тесно, жарко, неуютно. Ерзаю под ним, желая немного ослабить хватку и тяжесть тела. Кажется, я задыхаюсь.

- Нет, подожди, дай мне немного воздуха, - шепчу сухими губами.

Он отстраняется немного. Тяжело дышу, пытаясь понять, что к чему. Пальцы всё ещё сжимают ткань его футболки. Боюсь отпустить и потерять связь.

Найк улыбается. Несильно толкает моё плечо. Затем, ещё раз.

- Всё проспала, соня, - возмущенно бормочет папиным голосом. – Что ты там шепчешь?

С удивлением и разочарованием вижу, как образ парня растворяется в воздухе мелкими капельками и исчезает. Я всё так же крепко держу его за одежду, а силуэт испарился.

- Злата, подъем!

Жмурюсь от яркого света и жадно глотаю воздух. Боже, я всю ночь спала под одеялом и сейчас крепко прижимала его к себе. Принюхалась. Ваниль. Вот черт, перепутала запах мужчины с ополаскивателем для белья.

- Ты изверг, папочка, - села на кровати. – Не мог ещё минут пять подождать? Мне бы хватило.

Теперь я не узнаю, зачем он приходил ко мне. Тело изнывало из-за неудобной позы во время сна и будоражащего моё сознание миража, который всё никак не желал меня отпускать.

***

Идея, пришедшая мне в голову, пока я добиралась на занятия, была невменяемой. Совершенно идиотской. В здравую бы голову не пришедшая. Но я почему-то загорелась этой мыслью.

Прогуляла с чистой совестью две последние пары, поскольку контроль со стороны Алексея ослабел до минимума. И поехала туда, куда бы в жизни нос не сунула.

Администратор вяло гонял жвачку по ротовой полости. Ухмыляется и тянет время. Помнит меня, гаденыш.

- Найк, к тебе клиент. Примешь?

- Да, конечно, - парень ворчит себе под нос и роется в ящиках стола.

Вид у него не ванильный. Мне кажется, он совсем мало спит. На цыпочках прошла к его столу и присела рядом. Равнодушный взгляд, брошенный в мою сторону. Дернулся, будто поймал разряд в двести двадцать вольт. Удивился, но тут же нахмурился.

- Прекрасно, - выдавил ухмылку. – Тату на моё усмотрение или что-то приличное желаешь?

Вопрос о том, скучал ли он, снят. Во сне он был куда более приятным.

- Фразу можешь… набить?

Пожал плечами, кивнул. Потянулся за перчатками.

- Болевой порог высокий? – коснулся пальцами руки. – Процедура неприятная.

- Выдержу, надеюсь. По крайней мере, тебе придётся выслушать меня, пока ты занят.

- Странный способ говорить с кем-то, - бросил недовольный взгляд. – Повезло тебе, что я не патологоанатом. Не трудись, мнения своего не изменю. Ты больше никогда не переступишь порог моей квартиры.

- Вашей квартиры, - поправляю. – Но, всё же, попробую.

- Ну-ну, - перчатки прошлись по коже. – Я сделаю тест на переносимость краски. И, надеюсь, ты алкоголь и обезболивающие препараты не принимала.

Надо признать, его манипуляции заставили меня напрячься. Неужели я серьезно решилась на это? Я была уверена, что он остановит меня. Ну, или вытолкает взашей из салона.

- Твой брат и я…

- Не желаю слушать. Сделай милость, посиди молча.

Фырчит и морщит нос. Ладно, зайдем с другой стороны.

- Я нашла твой рисунок, - долго всматриваюсь в знакомые черты, ища ответы на многочисленные вопросы.

- Какой ещё рисунок?

- Мой портрет.

Найк повернул голову и оставил мою руку в покое. Гипнотизировал несколько минут.

- Не понимаю, о чём ты.

Святая простота. Если бы сейчас этот рисунок не лежал в сумке, в самом деле, поверила бы ему. Надо же, врёт и не краснеет.

- Вот он, - достала листок и положила на стол, перед его носом. – Сходство поразительное. Смотри, даже родинка маленькая на щеке есть.

Мозг парня скрипел, придумывая оправдания. Выкрутиться сложно.

- Где ты это взяла?

- Да разница какая? Где взяла, уже нет. Но его точно рисовал ты.

- Это абсолютно ничего не значит.

- Для тебя, может, и нет. Хотя, думаю, лукавишь, - отдышалась, дала дыханию прийти в норму. - Не хочу, чтоб это был просто рисунок. Иначе мой стих будет казаться невероятной глупостью.

Наконец, Найк заметил, что на бумажке что-то написано. Забегал глазами по строчкам. У него перехватило дыхание, он вдохнул, не в силах шевельнуться. Брови сошлись на переносице.

Случилось то, чего я ожидала меньше всего. Он резко встал, порвал рисунок и направился к выходу. Смотреть на это было невыносимо больно. Я здесь, понимаешь, гордость свою хороню, а он, значит, такие номера выкидывает? Ладно, последнее слово всё равно будет за мной. Даже если оно будет неприличным.

- Меня кто-нибудь обслужит? – скрестила руки на груди. – Или у вас все мастера такие ранимые?

Присутствующие в салоне переглядывались, на меня никто не реагировал должным образом. Судя по всему, за нашими препирательствами следили все.

Быстрым шагом направилась к выходу. Застала парня с сигаретой в руках. Минуту мы огрызались друг с другом взглядами. Сделала ещё один шаг в сторону парня.

- Нет! – вытянул вперед руку, будто я собиралась броситься ему на шею. – Уходи. Ты одна большая избалованная и эгоистичная проблема. Ты не думаешь о чувствах других людей. Не интересуешься чужим мнением. Захотелось тебе мной поиграть? Не получится. Брата в обиду не дам, даже не рассчитывай.

Глаза злючие, колкие. Ощетинился.

- Не шипи на меня, - топнула ногой. – Я тебе, между прочим, ничего плохого не сделала. Тебе не за что меня ненавидеть. Я пыталась понять твой мир и с братом подружилась. Хотела стать ближе к девушке на портрете. Зря ты его порвал. Я нравилась себе на нём.

- Тебе не стоит принимать его близко к сердцу. Смысла нет, не ищи.

Злость закипала внутри и клокотала в висках. Держать себя в руках становилось всё сложнее.

- Как скажешь. Так ты сделаешь мне тату?

- Несмотря на то, что я сказал?

- Да. Я едва решилась на это, но привыкла идти до конца.

Подошел ближе и потянулся к моей руке. Пропел пальцами по коже, которая тут же покрылась мелкими мурашками.

- Ладно. Тест ты прошла, всё нормально. Что ты хочешь, чтоб я наколол?

- Фразу на латыни: «Через тернии к звёздам». Вот здесь, - показываю место на руке. – Ты не смотришь.

Я видела, как зрачки в глазах расширились. Он втянул губу и едва заметно прикусил. Сжала пальцы в кулак, ожидая, что вот-вот стена падет, и он сделает шаг навстречу. Вижу, как шевелятся его губы.

- Ты можешь выбрать другую фразу. Я покажу тебе каталог.

- Не хочу другую, мне нужна эта, - заупрямилась. – Мне с нею всю жизнь потом ходить. Это ведь не смывается, да?

Опустил глаза, и вяло закивал. Губы дрогнули и изогнулись в унылой гримасе. Жестом пригласил меня вернуться в салон. Найк двигался медленно. Будто ждал, что я сейчас испарюсь. Дудки, не дождется.