Зять для папули, стр. 18

Найк резко встал и направился в сторону выхода. Я пыталась перехватить его руку, но мне это сделать не удалось. Тогда я поднялась и пошла следом за ним. Не знаю зачем, но чувствовала, что так надо.

- Оставь его! – отец рявкнул.

- Ты думаешь, со мной дружить можно только из-за денег? Такого ты мнения о своей дочери?

Было обидно слышать от него подобное. И он чертовски прав. Найк в самом деле ненавидит меня, а рядом только из-за денег. Мне почему-то не нравился сейчас этот факт, осознание, что все они правы.

А ещё он ушел, не забрав кровно заработанных. И если в прошлый раз я с чистой совестью его оставила ни с чем, то после сегодняшнего чувствовала, что не имею на это право.

Поднялась в свою спальню, надеясь застать его там, но только потеряла время. Забрала гитару, которую он оставил здесь и, прихватив ключи от машины отца, вихрем вылетела из дома. К счастью, автомобиль был припаркован во дворе. Торопилась, как могла. Далеко он на своих двоих не ушел.

Худощавую фигуру я увидела на детской площадке, не далеко от нашего дома. Он сидел на качели, раскачивался и курил. Нарушитель общественного спокойствия. Припарковалась, прихватила с собой гитару и поспешила подойти к нему.

- Ты деньги забыл, - протянула ему тощий конверт. – И инструмент свой.

Он смотрел на меня. Испытывающе и задумчиво, словно что-то хотел прочесть. Вряд ли на моём лице написано что-либо интересное.

- Зачем ты влез?

Меня так и подмывало задать ему взбучку.

- Но ты привела меня именно за этим, да? Ждешь от меня неприятностей. Уж это я умею.

Ладно, он не тупой. Я в самом деле ждала от него чего-то в этом роде.

- Это был наш мэр? – он выпустил струйку дыма и приоткрыл губы.

- Да, а что такого?

Ухмыльнулся, скривился.

- Ты не говорила, что к тебе сватается сыночек мэра. Я вообще-то ещё хочу жить в этом городе.

- Ух, ты! Ты пошел на попятный? А я почти поверила тебе. Ты так убедительно говорил о правах бедных.

- Не говорил я такого, - он смутился, так мило.

Мне нравилась его новая прическа. Она ему очень шла. И я уже привыкла к увешанному ненужными украшениями лицу.

- Может, тогда расскажешь, что из твоей биографии правда, а что нет? Только давай поедем и поедим где-нибудь. Ты ничего не съел и я тоже. Думаю объявить голодовку, но для этого нужно как следует подкрепиться.

Он согласился, после недолгого раздумья. Звякнул цепочками на ботинках и поясе, спрыгивая с качели.

- Только место выбираю я.

Вот это страшно. Что он может выбрать? И как часто травят в местах, куда он ходит есть?

К счастью, выбор пал на пиццерию. Неплохое и уютное местечко, хотя я не хожу в такие. Не комильфо. Найк сделал заказ за нас двоих. Улыбнулся. Я ему тоже. Мы сегодня объявили небольшое перемирие сообщников.

- Не ожидал от тебя такого. Честно. Ты меня удивила.

Наспех сточив половину большой пиццы, он соблаговолил со мной заговорить. Я поняла вверх одну бровь.

- Ты мой выбор и никто не смеет говорить, что я должна делать.

Парень повертел в руках нож и нерешительно посмотрел в мою сторону.

- И ты ушла бы из дома со мной? Точнее, с таким, как я?

- Нет, ты что! Это сказка для пугливых родителей. Я не собираюсь менять свою жизнь. Меня всё устраивает, понимаешь? В этом весь смысл. Я ничего не хочу менять.

Кивнул. Снова уткнулся в пиццу.

- Молодость дана для того, чтоб наслаждаться нею. А отец хочет посадить меня на цепь и выдать замуж.

Нож повис в воздухе. Найк покрутил его в руке и снова посмотрел на меня.

- Ты не любишь Павла, верно?

- Люблю? Ты шутишь! Быть влюбленным это противно. И глупо. Нет, я никого не люблю.

- Я думаю, это очень эгоистично звучит.

И думай себе на здоровье, я не мешаю. Главное, что всё пошло не так, как задумал отец. А значит, по-моему. Ничего, немного позлится и перестанет.

- Мой брат является моим продолжением, - Найк по-хозяйски пошарил в моем стакане с попкорном и отправил горсть в рот.

Конечно, у соседа всегда вкуснее. Возмущаться не стала, мне нравилась наша неспешная прогулка по городскому парку и дружелюбная атмосфера. Кажется, мы смогли найти общий язык, хоть на время.

- У нас одинаковые мысли, и мы часто заканчиваем фразы друг за друга. Не нужно говорить вслух что-то. Я чувствую его, а он – меня. Это здорово.

- Это жутко, - поёжилась. – Я бы не хотела, чтобы кто-то знал мои мысли.

- Тебе есть что скрывать? – хихикнул.

- Каждому есть что скрывать.

- И насколько черные мыслишки бродят в хорошенькой голове?

Надула губки. Что он сюсюкает со мной, как с малышкой? Бросила в него горсть попкорна.

- Даже не пытайся копаться в моей голове.

Пожал плечами и потянул меня в сторону аттракционов. Я их с детства боюсь до дрожи в коленках. Не стану я этого делать!

- Ты боишься? – зрачки расширились в изумлении, а рот растянулся в улыбке.

- Нет! – во мне проснулось врожденное упрямство. – Вовсе нет.

- Тогда пойдем.

Найк потянул меня за руку в сторону касс. Купил два билета на аттракцион со странным названием «Дикая мышь». Вначале я не ощутила подвоха, но когда мы подошли в нужное место, тут же стало дурно. Мать моя женщина! Я ни за что не сяду туда в здравом уме.

- Пойдем, трусишка! – его слова эхом звучали в голове, я слышала, как сквозь вату.

Ноги не слушались, подкашивались. Я взгляда не могла отвести от витиеватых горок. Подъемов и спусков.

- Держи меня за руку.

Не могла сказать «нет», не в силах выдавить «никогда». Тело сковано страхом. Найк ведет меня, словно теленка, поднимается по лестнице и подводит к двухместной кабинке.

Краем глаза я уловила табличку перед лестницей. Там указано ограничение: с 12 лет. Что я, не смогу этого делать? Двенадцатилетние могут, чем я хуже? Да и кабинка больше похожа на детскую коляску. Страх живёт в голове. В моей голове.

Резкий рывок – и мы поднимаемся вверх. Кабинка несется по рельсам на поворотах так, что меня кидает из стороны в сторону. Бока врезаются в бортик кабинки. Упираюсь ногами в пол, цепляюсь за ручки. Кажется, мои почки тряхнуло, и они подскочили к гортани. Глаза закрыла, но неизвестность страшит сильнее. В голове только одна мысль: «Уцелею, Найку не жить. Убью засранца».

Мы остались живы. Парень отцепил мои скрюченные пальцы от ручки кабинки и вывел моё ошалевшее тело вниз.

- Ты что, испугалась? На тебе лица нет.

Фыркнул и потряс меня за плечи.

- Серьезно?

Я не могла ничего ответить. Страх ушел, и я готова была зареветь. Такой стресс я не испытывала уже давно. Найк прижал меня к тебе и крепко обнял. Затем, начал укачивать, как маленькую девочку.

- Что ж ты не сказала, что боишься? Я не стал бы заставлять. У всех есть свои страхи.

- У тебя тоже?

Кивнул, обнял крепче. Зарылась носом в шею. Я уже узнаю его запах. Руки непроизвольно касаются спины. Чувствую себя намного лучше так. Мне больше не страшно и я не злюсь. Он же не знал, а я не сказала. Найк сказал, что не стал бы заставлять. И он не смеется надо мной.

- Какая встреча на Эльбе!

Кого я меньше всего ожидала здесь встретить, так это знакомых. Мои друзья не посещают подобные места. Я резко, скорее, на автомате, оттолкнула парня от себя и повернулась на звук голоса. Мой друг Артём Василевский держал свою сестренку за руку. Милый заботливый братец.

- Марина сказала, что ты была на вечеринке у Антипова, поэтому не смогла заглянуть ко мне.

Друг глаз не сводил с Найка. Он изучал его настороженно, но в один миг ухмыльнулся.

- А я тебя знаю. Ты же работаешь в клубе «Айсберг».

Парень кивнул. Равнодушно пожал плечами. Я пыталась спрятать глаза, мне было стыдно, по-настоящему стыдно. Я не испытывала этого ужасного чувства на вечеринке у Павла. Даже на барбекю родителей мне было всё равно. А тут Василевский. Мнение моего друга было весомым для меня, и я не хотела бы, чтоб он подумал что-то неправильное.