Принудительный контракт (СИ), стр. 47

— Зачем ты стрелял? Я же сказал тебе, что это свои!

— Извини, дядя Гена, — как-то фальшиво попросил прощения Белозор.

— Быстро к нему! — скомандовал пришедший в себя Акулов.

Верхний люк «таблетки» открылся и оттуда появился Кичкинтос. Он удивленно уставился на Ярославу и ее приближающего сына. Настория забралась на хроник и принялась пилоту что-то объяснять. Сначала коротышка отчаянно жестикулировал и косился на заведующую базой отдыха. Наконец вняв уговорам старшей, Кичкинтос согласно кивнул.

— Грузимся, быстро! — объявила лесторианка.

Настория осталась у люка и принялась получать сумки от Ярославы и Белозора, и передавать их внутрь транспорта пилоту. Геннадий же зорко следил за обстановкой, ожидая появления страггов, боса или рептизанов. Нагнувшись, мужчина вытащил у убитого вражеского командира из кобуры крупнокалиберный пистолет и сунул его себе в рюкзак.

Погрузка вещей подходила к концу, когда раздался многоголосый рев турбин, и над полуразрушенной базой появились десятка полтора десантных транспортов рептизанов. Первой в хроник забралась Ярослава, за ней — лесторианка. Белозор замер у люка и неожиданно громко свистнул. Из-за угла выскочил Тузик и бросился к своему хозяину.

— Я без него никуда не полечу, — глядя в глаза Акулову, твердо заявил мальчик.

— Боюсь, наш пилот будет против, — развел руками Геннадий.

— Мое дело предупредить.

С ближайшего вражеского транспорта раздалась стрельба, и несколько осколков разорвавшихся снарядов, застучали по «таблетке». Кичкинтос в ту же секунду активировал защиту. Акулов запрыгнул на хроник и, схватив пса в охапку, рявкнул на Белозора:

— Быстро внутрь!

Мальчик юркнул в люк и оттуда принял у Геннадия своего четвероногого друга. Настория потеряла дар речи, когда увидела Тузика внутри. Зато пилот вскочил и заорал:

— Что это за зверь?! Вы посмотрите, какие у него клыки!

— Успокойся, друг мой! — выдохнул Акулов, усаживаясь на сидение. — По сравнению с Дакрайей, это животное всего лишь мягкая игрушка!

Продолжая коситься на пса, Кичкинтос плавно оторвал «таблетку» от земли. Рептизанские транспорты как коршуны носились вокруг хроника, бесполезно поливая его огнем своих бортовых орудий. Защита сгоняла на нет все потуги противника, но настойчивость рептизан действовала Геннадию на нервы.

— Кичкинтос, а помнишь, когда я первый раз с тобой прокатился, ты ронял вертолеты? — обратился мужчина к коротышке.

— Вертолеты? — переспросил пилот.

— Да, такие боевые винтокрылые машины!

— Вспомнил!

— Не мог бы ты сейчас это повторить с рептизанами?

— Легко! Только… Старшая, можно?

— Давай! — разрешила лесторианка. — Но потом сразу вверх!

«Таблетка» зависла в воздухе, и Кичкинтос активировал свое бортовое электромагнитное оружие. У рептизанских транспортов, до этого носившихся вокруг хроника и поливающих его огнем, мгновенно заглохли все турбины. Неуклюжие «коробочки», видимо не рассчитанные на аварийный маневренный спуск, разом рухнули на землю. Большая часть из них взорвалась, и горящие обломки разбросало по окрестностям.

Наблюдая в обзорные экраны за поверженной техникой врага, Ярослава радостно захлопала в ладоши. А в глазах ее сына, Акулов заметил какой-то хищный блеск. Кичкинтос стремительно рванул аппарат вверх и спросил:

— А теперь куда?

Вопрос пилота застал Геннадия врасплох. «Где же этот город Санкт? — спросил Акулов про себя. — Что же я еще раз карту у пацана не спросил? Как теперь выкручиваться из ситуации?» Мужчина повернулся к Ярославе и, запинаясь, проговорил:

— Наш дисколет… пока еще экспериментальная модель. И… в него еще не успели загрузить все маршрутные карты Империи.

— Спокойно, — поднял руку Белозор. — Я покажу куда лететь.

ГЛАВА 32

Периодически бросая взгляды в обзорные экраны, мальчик принялся корректировать движение хроника. Акулов тоже посматривал за очертаниями континента, и предположил, что они направляются в сторону Севера.

С большой высоты стали заметны масштабы агрессии рептизан. В небе проносились вражеские черные истребители, десантные транспорты, ракеты. Кое-где возникали воздушные бои захватчиков с имперцами. По большей части они заканчивались поражением боевых машин людей. Враг имел многократное преимущество…

Геннадий обратил внимание на огромные выжженные пятна, пылающие мегаполисы-гиганты. Подтверждая опасения землянина, далеко впереди вырос гигантский гриб ядерного взрыва. Немного в стороне — еще один… «Все-таки, дождались апокалипсиса…» — мрачно подумал мужчина.

После стремительного полета, хроник стал снижаться. Акулов догадался, какие дворцы он видел в фотоальбоме у Ярославы дома. За бортом «таблетки» показался Санкт-Петербург… Кичкинтос посадил свой аппарат на окраине города. Судя по отсутствию рептизанской военной техники, враг сюда еще не добрался. «Может, остановят ящеров? — с надеждой подумал Геннадий. — Какая-то мощь у Империи быть должна!»

После посадки «таблетки», пассажиры занялись выгрузкой вещей. Присмиревший пес занял место возле сумок, и грустно наблюдал за своими хозяевами. Наконец, в хронике остался только рюкзак Акулова и трофейный пулемет.

— Ну что, Яра. Доберетесь? — спросил Геннадий. — А то у нас «горючки» маловато!

— Тут рядом, — горько улыбнулась женщина. — Спасибо вам!

— Не за что! Вы нам тоже помогли…

Сжимая в руке ружье, к Настории подошел Белозор. Акулов заметил, что старшая сразу подобралась и ее глаза сверкнули сталью. Мальчик резко бросил свое оружие на траву, и жестко проговорил:

— Я желаю с тобой поговорить!

Лесторианка кивнула и вместе с Белозором отошли в сторону. Геннадий почувствовал в воздухе напряжение и осторожно снял «мини-энерик» с предохранителя. Внезапно Тузик тихо зарычал, но с места не двинулся.

Минут через пять лесторианка и мальчик вернулись к «таблетке». Пес завилял хвостом и радостно залаял. Из люка показался Кичкинтос и нетерпеливо спросил:

— Ну, скоро там? Нам пора!

— Ярослава, Белозор, прощайте! — подняла правую ладонь старшая.

— Удачи вам, Гена и Настя! — ответила Яра. — Может, когда-нибудь еще и свидимся?

— Вряд ли, — честно ответил Акулов. — Прощайте!

— И спасибо вашему летчику! — улыбнулся Белозор.

Хроник с накторнерами взмыл в небо. Пилот активировал защитный кокон, и аппарат, не боясь быть замеченным, ринулся на орбиту планеты. Чем выше он поднимался, тем менее заметными становились видны боевые действия внизу. Лишь периодически к небесам вздымались султаны ядерных взрывов…

— Странное у Белозора ружье, — вспомнил Геннадий. — А ведь он на базе стрелял по хронику! Правда, я ногой ему немного прицел поправил.

— Такая у него работа, — обронила Настория.

— В смысле?! — уставился на нее помощник.

— Не ори. — Лесторианка придвинулась к Акулову вплотную и, покосившись на спину Кичкинтоса, зашептала: — Белозор оказался боса.

— К-как? Он же мог нас… того…

— Мог. И не один раз. Он сам об этом мне сказал.

— А почему он не стал выполнять свои обязанности?

— Видимо, на то у него были причины. Накт же нам не достался. Когда я с Белозором общалась, он поблагодарил меня за спасение его команды.

— Команды?

— Да. Ярослава и Тузик — «спящие» страгги.

— Как, «спящие?»

— Понятия не имею. И вообще, за всю историю сражений с боса и страггами, это первый контакт с ними. И подозреваю, хрон-комм нас за это дело может запросто распылить. Поэтому об этом, никому ни слова. Даже Кичкинтосу. Для него они были просто пассажирами. Я могу на тебя рассчитывать?

— Да, моя королева! — улыбнулся Акулов.

— И убери руку с моей коленки!

— Дык, я машинально…

Хроник проскочил плотные слои атмосферы и вышел в открытый космос. Бои Империи и рептизан, продолжались и здесь. Серебристые и черные аэрокосмические истребители на большой скорости гонялись друг за другом, осыпая неприятеля роями реактивных снарядов и управляемыми ракетами. Так же как и на поверхности планеты, имперцы уступали противнику в количестве.