Принудительный контракт (СИ), стр. 32

Как только все оказались на месте, пилот опустил ладони на пульт управления. Сопровождаемый редкими и бесполезными выстрелами противника, хроник устремился ввысь…

Пока Настория занималась исцелением помощников, «таблетка» прошла атмосферу и вышла в открытый космос. Освободившись от своего скафандра, лесторианка сначала принялась за Черласия. Вытянув пулю из его ноги, девушка тут же залечила рану. Взбодренный тискарец сразу же стал помогать Геннадию снимать его истерзанный скафандр.

— Да ты больше Черла пострадал! — воскликнула лесторианка. — Что же молчал?

Кроме удачного выстрела охотника, землянину все-таки досталось и от страггов. Две автоматные пули застряли в мышцах спины. Девушка нависла над пострадавшим и начала делать пассы руками. Кусочки враждебного металла звякнули об пол хронтара.

— Это что же, такая музыка будет происходить с нами постоянно? — стискивая зубы от боли пока еще не залеченных ран, простонал Акулов.

— На самом деле, мы еще легко отделались, — улыбнулась девушка. — Помолчи, не мешай мне.

— Сходил за хлебом… — устало пробормотал Геннадий.

Настория продолжала движения руками, а землянин лежал на боку и пытался сосредоточиться на ощущениях. Резкая боль пропала, затем осталась тупая и тянущая, а потом… Глядя на полуобнаженную девушку, скафандр которой остался валяться на полу кабины, Геннадий внезапно почувствовал порыв страсти, нежности и еще чего-то непонятного, но задевающего все струны его души. Чем дольше его жадный взгляд скользил по телу блондинки, тем больше он возбуждался от хаоса мыслей и дикого желания.

— Нет! — вскричала лесторианка и резко опустила руки. — Я так больше не могу!

— е-е-о! — взвыл мужчина от внезапной волны боли.

— Ты… мне мешаешь… — прошептала старшая, глядя на землянина напуганными глазами.

— Я же не специально! — простонал Акулов.

— Пусть тобой займется Любисса. Потерпишь до хронтара?

— Если я не дотяну до него, это останется на твоей совести!

— Не ной! Сейчас немного приглушу. И, отверни голову!

ГЛАВА 22

После посадки в ангаре хроник обступили контролеры. Они уверенно забрались в аппарат и осторожно извлекли Акулова. Настория, к этому времени уже облаченная в муляж-скафандр, взяла контейнер с нактом и, поручив тискарцу сдать оружие в «мастерскую», удалилась в один из коридоров.

— Черласий, будь другом, забери мои орехи и занеси их потом мне! — попросил товарища землянин.

«Лягушата» водрузили Геннадия на воздушные носилки и двинулись с ним из ангара. Мужчина крутил головой по сторонам, рассматривая соседние «таблетки». Некоторые из них явно побывали в переделках; отсутствовали фрагменты корпуса, в бортах зияли отверстия, часть облицовки обугленная. «Настория права, — подумал Акулов. — Мы еще легко отделались…»

— Генка, что с тобой?!

К носилкам, внимательно разглядывая соотечественника, приблизилась Вера. Контролеры уверенно продолжали движение, поэтому девушке пришлось идти рядом.

— Ничего страшного, немного прострелили, — улыбнулся мужчина.

— Ну, здесь быстро подлечат, — успокоила девушка. — Потом обязательно поболтаем, у меня для тебя много интересного. Ладно, я побежала! — Махнув на прощание рукой, землянка двинулась в сторону своей покореженной «таблетки».

В санитарной каюте, куда «лягушата» доставили Акулова, свободных мест практически не оказалось. А раненых все подвозили и подвозили. Любисса не сидела ни секунды, постоянно отключая и подключая пациентов к медицинским аппаратам. «Вот это у них задания! — подумал Геннадий про лесторианцев. — Настоящая общевойсковая операция!»

Землянина вместе с последними ранеными переместили в другую каюту, куда вошли три девушки-старших, среди которых была и Дакрайя. Они тут же приступили к лечению пострадавших.

Брюнетка сразу увидела Акулова и направилась к нему. Ни слова, ни говоря, протянула над мужчиной руки и стала водить ладонями над его израненным пулями торсом.

Приятное тепло разлилось по всему телу пациента, и раны легко и приятно начали зудеть. Землянин расслабился и, закрыв глаза, стал проваливаться в сон. Презрительно сощурив глаза, старшая сжала пальцы в щепоти, и острая боль пронзила грудную клетку Акулова. Он начал задыхаться. С надменной улыбкой Дакрайя растопырила пальцы веером, и тело мужчины затрясло в конвульсиях.

— С-с-су-у… — слова Геннадия застряли в горле.

Неожиданно боль пропала, а брюнетка почему-то застонала. Землянин поднял голову. Плечо злодейки мертвой хваткой сжимала врачеватель. Старшая попробовала освободиться, но эта попытка привела к еще большим страданиям.

— За это, дорогуша, тебя могут и распылить! — отпустив Дакрайю, Любисса прошипела: — Пошла вон отсюда!

Брюнетка, низко опустив голову, быстро удалилась, а Акулова перенесли в основную палату, где медик сразу же подключила его к аппарату. Процесс выздоровления пошел в ускоренном темпе.

Часа через два Любисса наконец присела рядом с землянином и немного расслабилась. Большая часть раненых была излечена и отправлена к своим напарникам. У кого они остались… Потерявшие конечности рекруты отдыхали с настроенными регенерационными камерами.

— Спасибо тебе! — сказал Акулов, погладив женщину по бедру. — Должен буду.

— Долг можешь отдать прямо сегодня, — плотоядно усмехнулась Любисса. — За что она тебя так не любит?

— При моем пленении, я заставил Дакрайю сильно попотеть. А еще я постоянно поколачиваю ее помощника. За дело, конечно.

— Всего лишь? Скорей всего ей просто постоянно нужен противник. Так сказать для эмоциональной встряски и подпитки. Ну, и его уничтожение как самоцель. А если честно, мужика бы ей хорошего… Как считаешь, мне сообщить командованию об инциденте? Ее точно приговорят к распылению!

— Пусть живет. Возможно, исправится…

— Ладно. Но Насторию я в курс дела введу. — Любисса поднялась. — Как твое самочувствие? Ничего не беспокоит?

— Все отлично! Правда, на той планете у меня случился ужасный зуд по всему телу. Женщин вроде давно не было. Ну, кроме… — смутился Геннадий.

— Ясно! Проверю. Возможно причина совсем не та, о которой ты думаешь. Сейчас распределю ампутантов по каютам, последних пострадавших отправлю и займусь тобой персонально. — Широко улыбнувшись, добавила: — Возможно, до утра.

— А может, и меня пора отпустить?

— Кто-то совсем недавно про долги говорил! — Рыжая в притворном возмущении положила ладони на бока.

Акулов поднял руки, сдаваясь, и врачеватель продолжила свою работу. А вскоре в палате появилась Настория. Приблизившись к кушетке со своим подчиненным, тихо спросила:

— Как ты?

— Нормально, — улыбнулся Геннадий. — Что новенького?

— Хрон-комм похвалил нашу группу. Накт оказался отличного качества!

— Надеюсь, нам премию выпишут?

— Скажу честно — нет.

— Обидно. Я старался…

— Я знаю. — Присев на край кушетки, блондинка перешла на шепот: — Как у тебя получилось загнать накт в контейнер? Обычный человек это сделать не в состоянии.

— Ну, я же не обычный человек. Благодаря тебе. Скажи, ты с Дакрайей в хороших отношениях?

— Мы дружили с детства. Нередко участвуем в совместных операциях. А почему ты спросил?

— Просто так. А как называется планета, где мы были на задании?

— Не знаю.

— Как можно проводить операцию неизвестно где? — удивился Акулов такому безразличию.

— Эта планета, как и все подобные, имеет всего лишь порядковый номер в нашем хрон-каталоге. Зачем нам нужны названия чужих планет? — Не поняла Настория претензии помощника.

— И моя Земля у вас под номером? — Геннадий напряженно вглядывался в глаза старшей, ожидая ответа.

— Да. И не смотри на меня так. Не я эти правила установила.

— Тогда расскажи мне про накты.

— В другой раз. Поправляйся!

Девушка положила ладонь Геннадию на плечо и неуверенно погладила. Поддавшись секундному порыву, мужчина схватил кисть Настории и крепко сжал ее. Блондинка удивленно посмотрела на Акулова. Тот перехватил взгляд старшей и послал ей волну трепетной нежности.