Для вкуса добавить "карри", или Катализатор для планеты (СИ), стр. 89

Он стремительно вскочил и загородил дверь:

- Я никуда тебя не отпущу!

- Намерен задержать силой?! - я жёстко посмотрела ему прямо в глаза.

- Кари, пожалуйста! Не уходи! Я доставлю тебя в Латрас и больше не заговорю о своих чувствах... Тебе нельзя уходить! Тут опасные земли для одиночного путешествия... - и схватил меня за руки. - Прости... Я сам всё испортил... Ты давала понять, что ничего не будет, но... Кари... Я люблю тебя! Слышишь?! Люблю!

Горячий, жадный, страстный поцелуй чуть не задушил... Я вырвалась и залепила ему звонкую пощёчину:

- Ты обещал! Как я могу верить тебе после этого!

Сама не ожидая от себя такой силы, я оттолкнула его от двери и рванула к себе в каюту.

"Бежать! Бежать немедленно! Иначе, в Латрас я прибуду в постели Аютана! Как же всё было хорошо и спокойно! Я чувствовала себя в полной безопасности... и на тебе, получите и распишитесь! Капитан "Чёрной медузы" воспылал чувствами! А если не только он?! Если ещё кто-то начнёт ко мне клеиться?! На шхуне десять здоровых мужиков! А в море сбежать некуда и шлюпку я украсть не смогу, она всегда в зоне видимости того, кто стоит на вахте...". Вся в этих панических мыслях, я перебирала мешки и затягивала верёвки.

- Не смей! Даже не смей думать об этом! - вопль Мозгового чуть не разорвал череп. - Ты куда собралась?! Опять?!

Я с силой сжала виски, как бы пытаясь, запихнуть этот голос обратно.

- Дура!!! Куда ты пойдёшь на ночь глядя?! Осталось, максимум, дней десять пути! А по суше ты, чёрт знает сколько, будешь добираться! Он успокоится и потом в ногах у тебя валяться будет, прощенья просить!

- Заткнись, Тан... - прошипела я в ответ. - У меня от твоего крика голова лопнет.

Я оторвала кусок старой рубахи и, смочив водой, приложила ко лбу. Такого ещё не было, чтобы так раскалывалась голова от общения с Мозгом. Последний раз я испытывала такую головную боль ещё на Кифовом носу, в хижине, когда приходила в себя от травм. Через несколько минут в голове наступила полная тишина: я слышала только, как кровь стучит в висках, да часто бьётся сердце. Боль, будто волной, смыло...

За стеной послышались шаги. Так стучали только сапоги капитана. Я подумала, что сейчас он постучится ко мне, заговорит, но ничего подобного не произошло. Послышался какой-то лязг, потом дверь задрожала и... я поняла, что он сделал. Он меня запер! Снаружи моей каюты были "уши" для навесного замка. Я не понимала, зачем они, когда есть обычный врезной замок, но теперь стало понятно, зачем. А может это и не каюта вовсе?! А камера для пленников?!

- Кари... Кари... Успокойся... - Мозговой уже не кричал, а мягко и нежно пытался наладить контакт. - Это не камера, не думай глупостей... Он переживает за тебя, он влюбился без памяти... И ему нужно время, чтобы успокоиться... Неужели ты этого не понимаешь?!

- Да что ты его защищаешь?! Он меня запер! Он нас запер!

- Но ты же сбежишь...

- Конечно, сбегу! При первом же удобном случае! Можешь не сомневаться!

- Глупо...

- Сам дурак! Вот если бы не это, - и я злобно постучала в запертую дверь, - то может я ещё бы и передумала... Но теперь... Нет! И ты мне поможешь!

- Не буду, - голос Мозгового был твёрд и холоден.

- Не будешь?! Ах, вот как, значит! Хорошо! Я сама, сама выберусь, без твоей помощи! Но запомни! В твоей библиотеке ноги моей больше не будет! Понял?!

От нахлынувшей злости, я забарабанила в дерево:

- Выпусти меня! Выпусти немедленно! Ают! Открой! Открой сейчас же! Да чтоб тебя штормом смыло! Цунами на твою голову! Да чтобы ты руки-ноги себе переломал, гад!

Но всё было бесполезно. Снаружи ни каких звуков не доносилось, лишь пару раз мне показалось, что кто-то вздыхает, только непонятно где... Я бухнулась на койку и уставилась в пустоту: "Он меня что?! До самого Латраса не выпустит?! Вот это будет номер... Ладно... Утро вечера мудренее... Посмотрим, что будет завтра".

Я зажгла фонарь и лампу, немного перекусила из своих запасов, так как к ужину приступить не получилось, и достала влажный лимм, для успокоения. Потом подвесила зеркало на крючок и натянула костюм. Он очень быстро приобрёл температуру тела и даже начал немного согревать. Классная всё-таки штука! Ещё какое-то время я покрутилась, принимая различные позы и пытаясь, при слабом свете, разглядеть детали, а потом так и улеглась на койку, закутавшись в одеяло. Думала, что от переизбытка эмоций не усну, но ошиблась. Заснула, почти сразу.

Сначала мне приснился Макс. Будто мы переплываем с ним какое-то горное озеро. Я держусь за его доспехи, а он постоянно оглядывается и спрашивает:

- Ну как? Ты не устала?

Я фыркаю, как тюлень, и отвечаю:

- Нет, не волнуйся, не устала. У нас всё получится... Всё получится...

Потом кадры резко поменялись, и я оказалась в лесу на живописной полянке. Сижу на поваленном дереве и держу в руках голубенькие цветики, отбивающие запах. Позади трещит ветка, и я оглядываюсь. Среди деревьев стоит Карелл. В одной руке он держит обнажённый меч, а в другой, свёрнутую в моток, каморту. Потом он поднимает руку с верёвкой и говорит:

- Соскучилась?! А мы очень скучали без тебя, отари... особенно, твоя подружка... - и бросает каморту на меня, как лассо.

Я пытаюсь уклониться, но петля захватывает ногу и плотно сжимает. Тогда я выхватываю кинжал, разрезаю ладонь, и алая струя льётся на петлю. "Слепая смерть" начинает пузыриться, будто закипать, и растворяется, прямо на глазах. Я сдёргиваю её и бегу в заросли. Позади раздаётся дикий крик... Я оборачиваюсь и вижу... Леса нет, полянки нет, а кругом, во все стороны до самого горизонта, гигантское, колышущееся "райское поле" и... Карелл, которого медленно засасывает топь. Я разворачиваюсь и иду к нему, а он кричит мне и шрам на его щеке уродливо дёргается:

- Нет! Нет! Стой! Ты погибнешь! Нет!

Я продолжаю идти к нему и когда приближаюсь, вижу: он погружён уже по пояс. Я протягиваю ему окровавленную руку, и его глаза расширяются от ужаса. Потом он закрывает лицо ладонями и шепчет:

- Отари... Отари... Прости меня... Отари... Прости...

А вокруг, огромные волны сине-зелёной травы перекатываются по всему пространству. Потом зыбкая почва под ногами тоже начинает ходить ходуном, но меня это совсем не пугает. Мне весело! Я качаюсь на этих волнах и хохочу во весь голос. Смотрю на Карелла и опять протягиваю ему окровавленную руку:

- Пойдём! Пойдём со мной! Ты всё сможешь, если пересилишь страх!

Он поднимает голову, смотрит прямо в глаза и... хватается за меня.

Проснулась я от того, что свалилась с койки и ударилась лбом о ведро. В каюте полный мрак, всё бешено качается и грохочет. Завывания ветра, перекрывают треск досок и доносящиеся с палубы крики. Шторм! Это шторм! Наощупь я доползла до двери, поднялась на ноги и принялась барабанить:

- Откройте! Выпустите меня! Откройте!

"Как мы оказались в море?! Стоять ещё больше суток! Сколько же я спала?! Ничего не понимаю!"

- Откройте! Ают! Данко! Откройте!

В панике я метнулась к окну. Мокрый, холодный ветер ворвался в маленькую каюту. Меня отшвырнуло на пол. Вдруг дверь сильно дёрнули:

- Кари! Кари! Открой! Нас в море уносит! Тут нельзя оставаться!

- Там замок, Данко! Снаружи! Я не могу выйти! Ают меня запер!

- Что?! - послышалось лязганье замка и ругательства.

- Где Ают?! Ключ у него!

- Я не знаю! Его нет нигде! Мы не можем его найти! Мачта упала и он исчез! Я сейчас!

Послышался топот, потом вопли, а потом стук и треск ломающегося дерева. Данко рубил дверь топором. Впопыхах я нашла штаны и тунику и, валяясь по полу от жуткой качки, натянула на себя. Дверь с треском рухнула, и крики помощника перекрыли рёв ветра:

- Кари! Ты где?!

- Я тут! Всё нормально.

Он откинул доски и помог подняться:

- Данко?! Что случилось?! Почему мы в море?! Что происходит?!

- Потом! Всё потом! Сиди пока здесь, а я к ребятам! - и бросился наверх.