Академия Врачевания. Неукротимое пламя (СИ), стр. 31

  - Если позволите, мистер Вайз, я продолжу допрос вашей подопечной, - судья уже не выглядел таким веселым.

  - Разумеется, - так же холодно ответил ректор. - Тем более что мисс Блейн была сорвана с занятий, а потому мне, как директору, хотелось бы, чтобы она вернулась в Академию как можно раньше.

  Нет слов, чтобы передать мою благодарность этому человеку. Прошлая обида была забыта, а душа наполнилась теплотой и признательностью.

  - Итак, мисс Блейн, - судья смотрел на меня, не моргая. - Мы остановились на том, что мистер МакКейн вошел к вам, когда вы вычищали драконий помет... - снова дружный смех. Вот же гад, а. Подонок... Моя рука так и зачесалась схватить палочку. Моя душа жаждала наказания для мерзкого задаваки за прилюдное унижение. - Выдержав паузу, чтобы дать присуствующим насладиться его остроумием, судья продолжил: - Что же было дальше? Он, вероятно, предложил вам помощь?

  - Вовсе нет, - я едва удержалась от того, чтобы фыркнуть или съязвить. - Он стал приставать ко мне.

  - Сразу же? - в голосе мужчины слышалось недоверие.

  - Да. Он направил в меня свою палочку...черную... и... - я судорожно вздохнула. Воспоминание было не самым приятным. - В общем, это было похоже на невидимые веревки.

  - Он связал вас ими?

  - Да.

  - Опутывающее заклятие, Ваше Сиятельство, - сказал один из судейских коллег. - Оно было использовано палочкой обвиняемого.

   - Хорошо, - мой допрашиваемый был недоволен. - Что было дальше?

  - Дальше между нами завязалась борьба. Я ударила МакКейна и убежала. Он погнался за мной, кричал, угрожал расправой.

  - Но вы спаслись?

  - Да, мне помог лесничий.

  - Ваше Сиятельство, он проходит по делу, как свидетель.

  - Да знаю я! - зарычал Наше Сиятельство. - Прошу, мисс, Блейн, если вам больше нечего сказать суду, то, пожалуйста, пройдите к вашему сопровождающему. Юркис, пригласите следующего свидетеля.

  Молодой парнишка-маг, вероятно ученик, бросился к двери. В зал вошел Изакир. Он коротко кивнул Вайзу, а затем подбадривающе улыбнулся мне, после чего занял мое место за трибуной.

  - Идем, Стейси, тебе пора на занятия, - тихо сказал мне ректор. Я удивленно уставилась на него.

  - Но, профессор, разве мы можем вот так вот уйти, не дождавшись окончания слушания?

  - Да.

  - Но я хотела бы знать, чем...

  - Не волнуйся, Стейси, раньше, чем наступит вечер, студенческая газета опубликует решение суда, - он улыбнулся.

  Спорить я не стала. В конце концов, он прав, уже завтра в любом случае на каждом углу Замка будут шептаться, обсуждая судьбу МакКейна.

  Не успели мы выйти из кареты, навстречу нам уже бежала профессор Солсбури. Выглядела она встревоженной.

  - Профессор, у нас чэпэ, - задыхаясь, проговорила она ректору.

  - Что у нас, Арабэль? Что еще за чэпэ?

  - Чрезвычайное происшествие. Несчастный случай. Один из студентов, - она покосилась на меня, и как бы стесняясь, добавила: - феппс, пострадал предположительно от черной магии.

  Меня бросило в жар, а затем окатило холодом. Кто этот феппс? Неужели кто-то из ребят? В груди что-то сжалось в неприятном предчувствии. Я догадывалась. Я почти уже знала.

  И я оказалась права. В общежитие стояла зловещая, непривычная тишина. Мелитты в комнате не было. Заглянув к Джози, я обнаружила, что и их с Лиззи комната пуста. Наверняка, все собрались в гостиной. Туда я и отправилась. Мои худшие опасения подтвердились, стоило мне увидеть заплаканную, убитую горем Лиззи. Она вздрагивала, уткнувшись лицом в плечом Джози, которая утешающе гладила ее по спине. Ребята же сидели, опустив головы.

  - Что случилось? - спросила я друзей.

  - Чарльз попал в госпиталь, - ответил Тэй, а затем, опасливо покосившись на рыдающую Лиззи, тихо продолжил: - Черная магия иссушила почти все его жизненные силы. Он... Он без сознания, - Тэй мотнул головой, отбрасывая со лба длинную прядь волос. Его взгляд задержался на Мелитте, чья голова уютно покоилась на плече Оливера, а пальцы нежно перебирали его пальцы.

  - Как прошло слушание? - спросила Джози, когда Лиззи с судорожными всхлипами оторвалась от ее плеча, и все так же содрогаясь рыданиями, покинула комнату.

  - Я слышала, как возмущалась Роза на фитологии, - пояснила Мелитта. - Она вне себя от злости.

  - Она вне себе, - поправила я ее. - Причем всегда. - Все засмеялись, а затем резко смолкли, так как в комнату вернулась Лиззи. В руке она держала открытый конверт.

  - Пуговица только что передала мне это. Мадам Кхорк пишет, что завтра мы можем навестить Чарльза.

  - Сомневаюсь, что в этом есть хоть какой-то толк, - мрачно отозвался Эрни. Лиззи застыла, приоткрыв рот; Джози в возмущении выкатила глаза.

  - Эрни! Как ты можешь так говорить? Чарльз твой брат! - воскликнула она.

  - Я помню, - огрызнулся тот. - Вот только какой толк ходить к нему, если он не услышит нас и не увидит?

  - Ты не прав, - нравоучительно возразила Мелитта, на что Эрни наградил ее неодобрительным взглядом, в котором ясно читалось: "Лучше бы тебе заткнуться". Но девушку это вовсе не смутило, и она продолжила: - Говорят, бывают случаи, когда люди, находящиеся в коме, слышат, как с ними беседуют их близкие, и это помогает им вернуться к жизни.

  - Когда я был при смерти после укуса волка, то совершенно ничего не слышал, хотя отец говорит, что мое мать день и ночь сидела у моей постели, умоляя меня не умирать, - прокомментировал Тэй.

  - Ты мог слышать, просто сейчас не помнишь этого, - не сдавалась Мелитта. Тэй снисходительно улыбнулся, но встретившись взглядом с Оливером, тут же погасил улыбку.

  А вечером мы все, кроме Лиззи, пожелавшей остаться наедине с обрушившимся на нее горем, отправились в библиотеку - читать свежевышедший номер газеты "Ландрийские сплетни". Каково же было наше удивление, когда зал библиотеки оказался до нельзя набит студентами, толпившимися в очереди к столу мадам Гринк. Из всей нашей компании деньги были только у Тэя, а потому он, тяжело вздохнув, и неохотно принимая выпавшую ему долю, занял очередь, а мы прямиком кинулись к единственному свободному столу, за которым только что сидела веселенькая компания каких-то старшекурсников.

  "Ой, смотрите-ка, это ведь она! - взвизгнула какая-то девица с соседнего стола, и указала в мою сторону длинным кривоватым пальцем. - "Эй, феппс! Хочешь полюбоваться на себя? - она продолжала орать. - Здесь про тебя написано! Ты ведь за этим пришла сюда, правда? Хотела убедиться, что про тебя не забыли?" - девица препротивнейше ухмылялась и трясла газетой.

  - Ты права, Герцинна. Стейси, несмотря на свое положение, любит внимание и ради этого готова на всё. Например, выдумать гнусную историю о том, как ее якобы пытались изнасиловать; выступить в королевском суде с ложными показаниями... - Роза, вынырнувшая из-за высоких стеллажей, лениво подошла к высмеивавшей меня девице, а затем, скрестив руки на груди, вперила в меня полный ненависти взгляд. Я никогда не была робкой, но сейчас мне стало не по себе.

  - Я ничего не выдумывала, - дрожащим от злости голосом, сказала я ей. В библиотеке воцарилась тишина. Все слушали нас, все глазели на меня и меня это откровенно бесило.

  - Суд счел иначе, - она выхватила у Герцинны газету, и, протанцевав к нашему столу, бросила ее передо мной. Лицевая сторона газеты пестрила фотографией МакКейна, скованного в кандалы и кричащим заголовком: "Хитроумные интриги простушки Блейн или в Академии Врачевания завелись крысы! Какие цели преследует маленькая лгунья?"

  - Что? Да как они посмели? - Мелитта вырвала у меня газету и принялась яростно листать страницы в поисках подлой статейки. А вот у меня как-то пропало желание читать эту лажу, зато зародилось другое - настучать по голове этой выскочке Розе, чтобы ее мерзкая ухмылка исчезла с не менее мерзкого лица, а после чего покинуть библиотеку. Уйти, сбежать, спрятаться от десяток глаз, пожирающих меня, смеющихся, жаждущих хлеба и зрелищ. И я встала, чтобы уйти. Промчавшись мимо хихикающих девиц во главе с Герцинной, я направилась к двери, где нос к носу столкнулась с Кристианом.