Его двуличная любовь (СИ), стр. 13

       - Соня! - строго рявкнул на меня брюнет, а я испуганно икнула, закрыла рот, чуть не прикусив в себе язык. Рик тихо выругался, а затем просто пронзил меня очень жарким взором, я замерла, словно кролик перед удавом, затаив дыхание. - Посмотри на меня. Внимательно посмотри. Запомни мой взгляд. То, как я смотрю на тебя. Только я смотрю на тебя с любовью. И ты узнаешь меня по этому взгляду, Соня. Этот взгляд не обманет тебя никогда.

       Я смотрела, как он приказал, внимательно смотрела ему в глаза и чувствовала, что пропадаю. Я тонула в нескрываемом желании, обжигающей страсти, в пронзительной нежности. Его взгляд затягивал, не отпускал. Рик с шумом выдохнул и порывисто поцеловал. Словно оголодавший зверь в нём проснулся. Я даже не сумела вовремя среагировать, дать отпор, как оказалась увлечена в пламенный танец губ. Но когда его ладони накрыли мои груди, меня словно током прошибло, и я оттолкнула его от себя.

       - Рик, уйди. Просто уйди! - вскричала я, чувствуя себя мерзко.

       Я готова была себя проклясть за слабость, за то, что всё ещё хочу его, забыв об унижении.

       - Нет, - покачал головой брюнет, - я не уйду.

       Он разулся и прошёл на кухню, а я, прикрыв ладонями лицо, села на пол, прижимаясь спиной к стене. Ноги меня не держали, да всё тело сотрясалось от нервной дрожи. Мне нужна была передышка, чтобы взять себя в руки, совладать с бешено бьющимся сердцем.

       Я слушала, как Рик хозяйничает на кухне, разглядывая букет, валяющийся на полу. Белые розы мне ещё никто не дарил. Обычно красные или бордовые. Первый его букет не отличался оригинальностью, сочетал в себе жёлтый и фиолетовый цвета, разбавленные зеленью, но на удивление простоял довольно долго. Я совсем недавно выбросила засохшие цветы.

       Оттолкнувшись от стены рукой, встала и подошла к букету. Осторожно подняла его с пола, бережно прижимая цветы. Они не были виноваты, что их подарил Рик. Они были прекрасны хрупкой красотой.

       Я вошла на кухню, взяла вазу и занялась букетом. Я не обращала внимания на мужчину, хотя краем глаза видела, что он стоял на балконе, глядя на город, ел, время от времени поглядывая на меня.

       - Я видел тебя, когда стоял у подъезда, - крикнул он мне.

       Я взяла ножницы и осторожно подровняла стебли.

       - Ты знала, что твоя кожа светится в лучах солнца? - продолжил кричать с балкона Рик.

       Я аккуратно опустила букет в воду, взяла вазу и поставила её на стол, поправляя цветы, чтобы смотрели на меня.

       - Я наблюдал, как ветер играет твоими волосами. Если бы ты знала, как я хотел в тот миг тебя обнять, укрыть от ветра, чтобы он тебя не смог украсть.

       Я поморщилась от банальщины. Что за бред он нёс? Как ветер мог меня украсть?

       Рик вернулся в кухню, убрал тарелку в моечную машину, а сам подошёл ко мне, стоящей возле стола.

       - Я люблю тебя, Соня. И всегда буду любить, даже если ты против, так как это чувство вот здесь, - Рик прижал руку к груди, туда, где у обычных людей сердце. Я усмехнулась.

       - И что там у тебя? - язвительно спросила. - Я не верю, что там у тебя сердце. Кажется, ты его продал, вместе с совестью.

       Брюнет замер, предупреждающе сощурился.

       - Я вижу, что тебе больно, - тихо шепнул он, приближаясь. - Он заплатит за каждую твою слезинку, любимая.

       - Кто? Кто должен заплатить? - потребовала ответа, вглядываясь в омуты его глаз.

       - Нейтман, - тихий шёпот и нежное осторожное касание его пальцев к моей щеке. Практически невесомое и пронзившее меня словно током. Я вздрогнула, отстранилась, медленно стала отступать, боясь его влияния на меня.

       Тело охватила сладкая слабость, сердце защемило в груди, а глаза наполнились слезами.

       - Рик, я умерла один раз из-за тебя, больше не хочу. Уходи, - еле справляясь с голосом, шептала, когда хотелось кричать.

       - Не уйду. Я хочу умереть вместо тебя, хочу забрать эту боль, что он причинил тебе. Я воскрешу тебя, любимая.

       Я истерично прыснула от смеха, стирая слёзы с глаз.

       - Рик, что за бред?

       Брюнет одним движением сократил расстояние, которое я пыталась держать, прижал к себе, крепко удерживая голову, а сам зарылся носом в волосы, тихо шепча:

       - Я ненавижу его. Ненавижу. Я разрушу его жизнь, как он мою.

       Я сначала хотела рассмеяться, да вот только искренность в его голосе не дала этого сделать. Вместо этого я тихо ответила:

       - Разрушив его жизнь, ты не восстановишь свою. Месть не приносит успокоения, поверь.

       Я знала, о чём говорила, так как хотела стереть с лица земли свою соперницу. Меня долгое время грела эта мысль. Но однажды, когда я была готова совершить преступление, я узнала, что она беременна. Она шла к станции метро, разговаривала с матерью и счастливо делилась новостью, а я... Тёмный мир гнева и злости, в котором я всё это время жила, разлетелся на осколки. Я замерла как громом поражённая, глядела на её удаляющийся силуэт. Она спешила к нему, ждущему её дома. А я осталась стоять на пустом перроне, сжимая в кармане нож. Месть потеряла всякий смысл. Ведь стала понятна причина, почему муж бросил меня.

       Рик прислушивался ко мне, молчал. Я же отстранилась и тихо произнесла:

       - То есть ты хочешь сказать, что в ресторане был не ты, а Нейтман? Тогда мне очень непонятно куда делся ты. Если даже не выходил из ресторана. Девушки мне всё рассказали. Так что твоя легенда не прокатит в этот раз. И наказывать тебе нужно себя, а не придуманного Нейтмана.

       Я вдруг поняла, что чуть не купилась на эту сказку. Чуть не поверила, что это был не он. Вот только вовремя спохватилась.

       - Поехали, прокатимся, - неожиданно предложил Рик.

       Странная смена темы настораживала. Я вцепилась в его сорочку в попытке удержать на месте.

       - Ты уходишь от ответа.

       - Соня, я не хочу об этом говорить, - признался мужчина и, взяв в свою руку мою ладонь, потянул меня в спальню, где, как месяц назад, стал выбирать мне одежду.

       Но я не собиралась сдаваться. Хотя выставить его из квартиры стоило, поэтому послушно взяла протянутые джинсовые брюки и легкий светлый свитер. Переодеваться ушла в ванную комнату, где, чтобы потянуть время, умылась, смывая следы слёз, и заплела волосы в высокий хвост. И только после всех приготовлений я смогла спокойнее открыть дверь, правда, испуганно вздрогнула, когда увидела Рика. Он стоял перед дверью, словно преданная собака, ожидающая своего хозяина. Окинув оценивающим взглядом, кивнул своим мыслям и протянул руку, я, закрыв дверь, демонстративно прошла в прихожую.

       Некоторые замашки его были настораживающими. Одно его желание держаться за руку, говорит о многом. В этот раз он решил прокатить меня на байке. Очень агрессивном и громоздком. На таких катаются бородатые неформалы, одевающиеся в кожу, они, сбиваясь в стаи, пугали обычных водителей.

       Чёрные покатые бока байка ловили блики огней города. Гордый разлёт руля, хромированные детали. Рик подвёл меня к нему, снял с сигналки, поднял сидение вверх и достал из багажника шлем, который вручил мне. Второго шлема не предусматривалось, но Рика это не смущало. Он опустил сидение и обернулся ко мне. Я же в сомнении рассматривала как байк, который не вызывал во мне уверенности, так и водителя, которому вообще веры не было.

       Рик выхватил шлем и сам водрузил мне на голову, затем застегнул.

       - Не стоит бояться, - хитро поглядывая, заявил Рик, словно мысли мои читая. - Я знаю, что ты не из трусливых, - заверил он меня, подталкивая к байку.- Ты садишься спереди.

       Обернулась, удивлённая до глубины души.

       - Спереди? Я в жизни не каталась на них, и уж тем более...

       - Тебе понравится, - прервал мой лепет Рик.

       Я вздохнула, вновь глядя на байк. Наверное, Рик послан мне в искушение. Как можно было отказаться от такого заманчивого предложения, и не прокатиться на этом монстре. Я, перекинув ногу на удобное мягкое сидение, подалась вперёд, берясь за руль. Рик занял место позади меня, прижимаясь к спине. Его руки накрыли мои. Вот только ноги мои Рик скинул с педалей, объясняя, что они ему нужны. Мне же посоветовал просто обхватить его голени.