Тёмное пламя (СИ), стр. 2

Я услышал достаточно. Достаточно, чтобы расстроиться, но недостаточно, чтобы что-то сделать. Пора.

Моя госпожа. Я знаю, где ее искать. Девочка слишком дружна с одним зверем. Девочка не понимает опасности.

Ветви колючей елки в заветном месте ниспадают почти до земли. Моя госпожа пришла в его логово впервые. Но выглянувший Дей сердит.

— Пошла прочь!

Мальчик, а глаза покраснели. Будешь так зло смотреть на мою госпожу — укушу за палец.

— Ты что, шла за мной от самого замка? Следила, да?

Девочка, ты может быть, обидишься на него? И мы пойдем домой, в тепло? Здесь так холодно. Здесь всегда холодно!

Девочка и не думает уходить. Девочка солнечно глядит на волчонка. Срывает с головы надоевший бант и нацепляет его на руку. Фу, какое грубое нарушение этикета! Цапнуть бы.

А можно и просто посидеть на ее плече. Потрогать ушко.

Но девочка занята. Девочка окидывает взглядом свое пышное платье в тяжелой вышивке и туфли с круглыми желтыми пряжками. Потом, с гораздо большим интересом — шалашик волчонка.

— У тебя там рогатка, я видела! И лук со стрелами! И шарики.

— Иди вышивай, или что там вы должны уметь! — сердито бурчит волчонок.

— Это очень скучно, — вздыхает девочка. — А вот оружие…

И вовсе не скучно. Знаменитые солнечные вышивки! Они ложатся стежок за стежком, они ведут пути Неба и Солнца, они сберегут от любой напасти!.. Не забывай: ты солнечная, ты можешь повелевать всеми силами и всеми домами… Да, сейчас у нас нет даже своего дома, а силы лишены все. Невежливо напоминать мне об этом. Тебе больше интересен этот звереныш?

Алиенна улыбается, словно говоря — да, интересен. Она касается веток, и те сразу зеленеют яркими свежими побегами.

О, ты можешь! Хоть чуть-чуть, но сила у тебя есть! А значит, не умерла и надежда.

— Можно мне пересечь порог твоего дома? — произносит девочка вежливо.

— Да ради Луга, — ворчит звереныш.

— Покажи, — Лили заходит, тянется к ножу, а Дей отодвигает руку. — Они не хотят учить меня, говорят, что я девочка дома Солнца!

— Кто же ты? — не выдерживает Дей и тоже улыбается.

— И ты туда же! Неважно, кто я. Волчат обучают вместе! И носит твоя сестра что захочет, а не ходит ряженой куклой. Я тоже хочу быть волчонком… Ой, сколько тут всего интересного!

— Не трогай ничего! Это все мое!

Да подавись, волчонок. Пойдем, моя госпожа, ну пойдем же!

Девочка еле заметно качает головой. Все слышит, отвечать не хочет.

— А посмотреть-то можно?

Дей хлопает рукой по горке сухой хвои.

Девочка еще и садится рядом с волчонком! Пассматривает обжитую нору с развешенным по зеленым стенам вполне приличным оружием и мальчишеской дребеденью.

Мое солнце, может, домой? И я, так и быть, забуду эту ужасную фразу про то, что ты хочешь быть волчонком.

Девочка молчит, и это еще более ужасно.

— Держи! Все равно ему не понравилось, — Дей протягивает злополучный ножик.

Не один месяц сидел за работой, я видел. Ящерки проскакивают всюду.

— Спасибо! — девочка задыхается от восторга, сверкает теплыми светло-карими глазами. — А стрелять научишь?

— Посмотрим, — ухмыляется волчонок.

Небо хмурится, дует резкий ветер. Ранней осенью он частый гость в этих краях. И всегда приводит за руку затяжной дождь, длящийся не одну неделю.

Мрак и холод правят в краю волков.

Крупные капли все сильнее бьют по еловым веткам, скатываются по густым иглам, но не попадают в шалашик, неожиданно ставший очень уютным.

Ладно, девочка. Если хорошо тебе, хорошо и мне. Только… помни, нельзя доверять волкам.

Дей накидывает свой плащ на озябшие плечи Лили. Моя госпожа прижимается к волчонку, а волосы!.. Волосы солнечного ребенка золотятся только от счастья.

Я готов терпеть этого волчонка гораздо дольше, лишь бы опять видеть это чудо!

Трава острыми лучиками проклевывается под ногами моей королевы.

Глава 2. Подснежники

Волчий клинок, моя госпожа. Ты носишь его на поясе. Хорошо хоть, в золотых ножнах. Им так здорово играть?

Видимо, здорово. Я поднимусь с твоего плеча, оглянусь вокруг. Ты ведь не против?

Девочка не отвечает. Девочка самозабвенно играет в ножички на плотной земле над обрывом. И с кем? С Мабоном, поваренком, собирателем сплетен. Хотя… он единственный, кто не отшатывается от тебя, словно ты не ребенок светлого дома Солнца, а дитя безумия Неблагого двора Темного мира.

Дей никому не дает тебя в обиду. Но Дей занят, а то бы опять ходил за тобой хвостом. Волчьим хвостиком. А Гвенн ходила бы за Деем, прячась и все так же злясь. Не будь сестрой, решил бы — ревнует.

Спокойная река хорошо видна с высоты. Серебристая лента Айсэ горм еще не оделась в лед, но ждать осталось недолго. Черный замок дома Волка возвышается над крепостной стеной.

Как холодно! Пять лет мы здесь, а я все никак не привыкну. Высокие ели, растущие здесь во множестве, дрожат на ветру серебряными лапами. Кивают загнутыми верхушками, будто прислушиваются. Но нет, духи деревьев перестали являться ши. Раньше бы прилетели феи воздуха — они так любят детей! Веселились бы, щекотали носы, хихикали, кувыркаясь, шелестя крылышками и рассыпая золотую пыль. Вот только где они ныне? В какой мир, еще более Нижний, чем наш, улетели? Вернутся ли когда-нибудь снова?..

Я не перестаю надеяться. Вздыхаю, как старик, и погружаюсь в воспоминания. И не улавливаю момент, когда моя госпожа ойкает и зажимает порез на руке. Перетягивает ранку и сразу же начинает утешать испуганного поваренка.

Когда успевает подойти Дей, я тоже не замечаю.

— Покажи, — монотонно говорит волчий принц, кривя губы. — П-пожалуйста.

Слова даются ему тяжко. Волчий наследник не привык ни к просьбам, ни к отказам.

Ох, что творишь ты, Мидир! То строго наказываешь за мелочь, то дозволяешь все, что серой душеньке угодно. Конечно же, никаких чувств, «от любви одни беды».

Только принц слишком непокорен. И слишком привязан к моей госпоже.

— Все хорошо, мой принц, — девочка отвечает легко.

— Не все хорошо.

Дей чует запах раньше, чем видит кровь, проступившую через спешно забинтованную руку. Глаза его сужаются. Взгляд Дея, как лезвие, упирается в побледневшего Мабона. Тот отшатывается. Сбежал бы, но знает — будет только хуже.

— Кто виноват в этом?

Девочка торопится успокоить:

— Никто! Это произошло случайно. И совсем не больно. Прости, что встревожила, мой принц! Ты всегда слишком волнуешься за меня.

— У тебя всегда все хорошо. И тебе никогда не больно, — Дей гладит щеку моей госпожи, словно хищный зверь проводит мягкой лапой.

Его глаза теплеют на миг и снова холодеют, как тревожное северное небо над нами.

— Поторопись в замок, моя принцесса, и будь осторожна, на мосту скользко. Меви тебя обыскалась, а учитель заждался.

— Танцы, как же я могла забыть!

Девочка, поднимаясь на цыпочки, касается губами щеки Дея. И нечего так улыбаться! Это лишь благодарность, волчонок!

Алиенна, а ты огорчаешь меня. Как можно? Какое ужасное нарушение этикета! Если тебе так уж хочется выразить благодарность, нужно поклониться и поцеловать руку наследного принца.

Ой-ой!

Девочка, там, где ты стоишь, вылезают из хмурой земли бархатные, лилово-белые бутоны подснежников!

Я ошеломлен, я побуду здесь, а мою королеву провожу взглядом.

Она бежит легко, словно солнечный зайчик, к высоким темным башням, огражденным каменными стенами. Ворота Черного замка открыты, тяжелый мост на скрипучих цепях через ров опущен.

— А я кое-что видел, — ехидничает глупый поваренок, отвлекая меня от важных мыслей. — Что за диво: волчонку нравится солнечная девочка? Ты хоть помнишь, что случилось с твоим дядей? Кажется, ему тоже нравилась солнечная.

Пес у ног Дея рычит в ответ, а поваренок ровно не видит опасности.

— Зря ты это сказал.

Голос Дея металлический, но меня бросает в дрожь. Дей подходит ближе и Мабон, крича «Не подходи!», замахивается клинком.