Скоростная любовь. Speed (СИ), стр. 97
Я увидела Макса.
Открыв дверь, я услышала.
- Малина, после всего, прими правильное решение! Пожалуйста! Я знаю, что зарождается у тебя внутри, я знаю это чувство, оно в тебе есть... Подумай! Не глуши его! И тебе надо это знать. Дима хороший человек, если бы не он, у меня не было жизни!
- Мелкий, проваливай! – рявкнул Кир, закрыв перед Максом окно.
- Кир, он ребенок!
- Брат от брата недалеко падает. Мы поедем домой и больше не будем разговаривать ни о чем. Я устал!
====== Семьдесят вторая. ======
Молча мы добрались до дома, после этого брат заперся в своей комнате, делая вид, что меня не существует.
Я чувствовала, что ему очень плохо и хотела помочь, поговорить, успокоить его, но он не реагировал на мои просьбы открыть дверь.
Я зашла к себе в комнату и сползла по стенке.
- Боже, помоги мне!
Слишком много слез за последние часы.
Не знаю точно, сколько я просидела на полу, но, казалось, время замерло на месте.
За окном постепенно светлело, несколько раз из-за стенки раздавался звонок телефона, но брат, по-видимому, не брал трубку.
Когда пейзаж за окном окончательно прояснился, я перебралась с пола на подоконник.
Обхватив колени руками, я продолжила размышлять по поводу случившегося.
Несмотря на всю горечь произошедшего, я не чувствовала на себе тяжесть вины. Никто не запрещал Киру и Диме посвятить меня в проблемы, ведь только из-за этого я решила разобраться со всеми возникшими вопросами своим образом, в это же время, меня мучило чувство вины перед братом, а так же перед его другом.
Мне было стыдно перед Киром, поскольку несложно было заметить, что я поставила своей выходкой под угрозу его дружбу с Франком. Полностью впитав в себя настроение брата, я осознала, насколько ему важен Дима, а получалось, я их не нарочно, но разлучила. При этом я подвергла опасности будущее маленького мальчика, который не раз спасал меня в нелепых ситуациях и никогда не делал мне ничего плохого.
Захотелось взвыть.
Больше всего отчего-то я страдала из-за Франка.
Меня не покидали его грустные измученные изумрудные глаза. Хотелось отмотать время назад, чтоб исправить многое.
Мне было очень грустно, я не посмела беспокоить с утра Сашку, ей самой приходилось нелегко, я искренне надеялась, что завтра она сообщит мне радостные новости про бабулю, но я не могла ни с кем не поговорить насчет случившегося.
Я набрала номер человека, которого любила, в помощи которого сейчас так сильно нуждалась.
- Мм, да? – Паша поднял трубку только на второй звонок.
- Прости, что разбудила, – тихо проговорила я.
- Полина? Что-то случилось?
- Мне надо с тобой поговорить.
- Сейчас? О-о-о... – судя по всему, он посмотрел на часы, – а чуть позже никак не получится? Я два дня не спал почти из-за работы.
- Нет. Ну, прости меня... Я разбудила тебя... Я тогда позвоню позже, – произнесла я и повесила трубку.
Слезы непроизвольно хлынули из глаз и я, не сдерживая их, поскольку была одна, наедине с собой, дала волю эмоциям.
Через пару минут зазвонил телефон.
Не разобрав имени из-за скопившихся слез, я взяла трубку.
- Да? Ало?.. – голос дрожал.
- Полиночка, что случилось? – звонил Мятежный.
- Пашка... – я не могла говорить сквозь слезы.
- Полин, что случилось? – Мятежный напрягся. – Произошло что-то плохое?
- Да...
- Что такое?
- Ни... Ничего, – заикаясь, ответила я.
- Да как... Кто-то погиб? – предположил он худшее.
- Не-нет... – на выдохе сказала я.
- Уже хорошо. Кто-то заболел?
- Нет.
- Что тогда случилось? Успокойся, пожалуйста.
- Не могу. Слышишь? Не могу. Паша, почему ты не рядом со мной сейчас? Забери меня отсюда, прошу!
- Полина. Малышка, давай рассказывай! Кто тебя обидел? Ну? Кто-то в школе? На улице? К тебе кто-то посмел прикоснуться? Ударить?
- Нет.
- Тогда успокойся, наконец-таки, и объясни мне в чем проблема? – прикрикнул Паша. – Успокойся! С чего это вдруг ты начала рыдать!?
- Это я сама виновата... – сглотнула я.
- Сама виновата? В чем?
- Я... Испортила жизнь людям.
- Господи. Чем? Каким людям?
- Близким.
- Это кому же? Саше?
- Нет.
- Брату?
- Не только... – всхлипнула я.
- Не только? Что-то я видимо не в курсе остального списка близких для тебя людей, – озадаченно протянул Мятежный, – расскажи мне все! Расскажи обо всем, что тебя беспокоит, выговорись.
- Ты поможешь мне? Правда? – взмолилась я.
- Конечно, маленькая моя.
Вздохнув пару раз и немного успокоившись, ровно настолько чтоб нормально разговаривать, я примерно описала Паше сложившуюся ситуацию. Под словом “примерно” я подразумевала довольно обширное искажение действительности.
- Понимаешь, я случайно засунула свой нос в некоторые тайные дела и этим навредила трем близким мне людям...
- В тайные дела? Какие это тайные дела могут быть у твоего брата?
- Это связанно с его другом и его братом.
- О-о-о... А что это за братья такие?
- Один из них учится в моей школе...
- Мм...
- А второй... он лучший друг моего брата. Был им, – добавила я.
- Был им? Ты их поссорила?
- Да...
- Полина... Никогда не лезь в мужскую дружбу. Зачем ты влезла?
- Да я не в дружбу лезла, а просто... Просто полюбопытствовала немного...
- Насчет чего же?
- Насчет... Насчет их дел после работы.
- И чем же они таким занимаются? Учитывая, что в их компании школьник?
- Там все пристойно! – улыбнулась я.
- Ну хотя б так. Не опасно?
- Ну... Да не очень, – скривилась я.
- Мм... Ну, и в чем проблема? Полюбопытствовала, с кем не бывает...
- Просто его друг не любит, когда лезут в его жизнь, короче... Короче вышло так, что они теперь не смогут вместе делать свое любимое дело и все это из-за меня! – снова начала я рыдать.
- Так! Спокойно! – предупредил меня Паша. – Я мало что понял, если честно, да и не особо хочется вникать мне в то, чем таким занимается твой брат со своим дружком, но меня волнует то, что моя девушка плачет из-за этого. Я могу поговорить с ними. Хочешь?
- Нет! – не дай бог! – Паша, нет! – Излишне эмоционально возразила я.
- Понятно, не буду.
- И вообще, лучше молчи об этом при Кире. О нашем разговоре.
- Ладно. Но я все равно не понимаю, чем же ты их так задела, что лишила всего?
- Самое важное тут, что я обидела по пути каждого из них, а они мне все дороги. И меня это гложет больше всего. Я хочу исправить свои ошибки, но как не понимаю.
- Эм... Знаешь, красавица, меня начинает напрягать твои фразочки по типу “дорогих для тебя” каких-то неизвестных мне лиц мужского пола...
- Паша... – усмехнулась я
- Может мне стоит начать волноваться?
- Нет, – я покраснела.
- Ну, смотри. Иначе никому не поздоровится.
- Ты убьешь всех?
- Конечно! Я же обещал тебе!
- А со мной что сделаешь?
- С тобой? Увезу далеко-далеко от их еще теплых трупов.
- Мятежный! Паша! Я смеюсь в такой печальный момент и все из-за тебя!
- А я не сплю в такой печальный момент! Но держусь же? И ты держись!
- Ты самый замечательный, ты знал об этом?
- Я? Конечно! Я же голубоглазая няша.
- Боже... – закатила я глаза, – кто тебе это сказал?
- А ты ревнуешь?
- Паша, я серьезно!
- Что? У меня тоже есть близкие, дорогие люди рядом!
- Да пошел ты! Мятежный, хватит придуриваться!
Паша продолжал ржать: – Ох... Я один, между прочим, в двуспальной кроватке! С шелковыми простынями.
- Иди в задницу!
- Не хочешь приехать?
- Паша!
- Да брось! – он зевнул. – Мне, видимо, не суждено выспаться.
- Я не буду тебя отвлекать, пожалуй!
- Да, Полина! Прекрати!
- Пошел ты! – я повесила трубку.
Он сразу же перезвонил.
Я сбросила.
Снова звонок.
- Иди ты! – я отключила его.