Любви все роботы покорны (сборник), стр. 108

Впрочем, старичок оказался молодцом. Не рассыпался, не умер, отработал как надо и даже не заснул после того, как насытился ее телом и ласками, а даже, напротив, повел себя весьма галантно.

– Когда я смогу снова увидеть тебя? – спросил он, поправляя жесткий ворот сорочки.

– Нет. Мы больше не увидимся, дружок. – Она натягивала на ноги чулки, стараясь делать это как можно более медленно и соблазнительно.

Ей предстояло вытянуть из клиента крупную сумму денег и спешить с подсечкой не следовало.

– Ты не можешь уйти просто так, – сказал он, еще не понимая, что сидит на крючке.

– Еще как смогу.

– Я заплачу вдвое против вчерашнего.

– Мне не нужны твои жалкие гроши, старик. Продолжай снимать шлюх возле парка. Это твой настоящий уровень. Я решила попробовать что-то новенькое. Я ошиблась.

– Подожди всего две недели.

– И что изменится, ты вдруг помолодеешь?

– Нет. Но я получу столько денег, что смогу позволить себе куда больше, чем теперь. Намного больше. Если ты согласишься бросить ремесло и остаться со мной, я куплю тебе дом на улице Перин или на Набережной. Я найму добрых слуг, о тебе будут заботиться, как о герцогине.

– Ерунда. У тебя и теперь денег достаточно, чтобы без труда купить целый квартал. Но ты скряга. А этого не изменишь никаким состоянием. Ни за две недели, ни за четыре.

– Ты не понимаешь. Тут дело не только в золоте. Если вовремя ссудить кого надо, то можно многого добиться. Поверь, через две недели изменится все. Я получу титул и перестану давать деньги в рост. Я буду сам их чеканить. Мне обещана должность министра финансов.

– Вот как? – переспросила Лиза. – Хорошо, милый, давай поиграем с тобой в министра финансов…

Лиза подбросила тяжелый кошелек на ладони, так что монеты приятно звякнули. Опытный слух хозяина кабинета легко отличил по звуку золото от серебра или меди.

– Проходите в смотровую и раздевайтесь, – сказал доктор Твордус.

– Я-то привыкла, раздеваясь, получать деньги, а не отдавать их, – усмехнулась Лиза.

Доктора, наверное, тоже можно было бы соблазнить. Но она вдруг подумала, что у нее остались одни-единственные трусики из того волшебного набора. А значит, осталась одна попытка вырваться из предписанного судьбой пути.

– Хотите сказать, что никогда не были у врача? – спросил доктор. – При вашей профессии, на которую вы только что намекнули, было бы верхом неосторожности манкировать медициной.

– Ну, вообще-то мне сказали, что вы отлично разбираетесь в травмах головы, док. Не думала, что для ее осмотра нужно снимать что-то большее, чем шляпку.

– Хорошая шутка, – признал Твордус. – На самом деле я специализируюсь на нервах, неврозах, психозах, посттравматических синдромах и многих других подобных вещах. Однако раз уж речь пошла о голове, то ваша, полагаю, в полном порядке. Во всяком случае на первый взгляд. Зачем же вы пришли ко мне?

– Если честно, мне и самой не мешала бы помощь. Знаете, с некоторых пор я стала бояться змей. По правде говоря, я их боялась с детства, но в последнее время это переросло в какую-то… как вы их там называете…

– Фобию, – подсказал доктор.

– Наверное. Вам виднее. Но с моим страхом, или фобией, я справлюсь сама как-нибудь. Сейчас речь идет о моей подруге. Несколько отморозков избили ее до полусмерти, и есть опасение, что голова бедняжки пострадала особенно сильно.

– Настолько, что сама она не может прийти сюда?

– Верно. Она лежит в госпитале ордена Вечной Любви.

– Монахи, врачующие одними молитвами. – Доктор брезгливо поморщился.

– Их компетенции было, однако, достаточно, чтобы назвать ваше имя, – парировала Лиза.

– Сдаюсь. – Твордус поднял руки. – А у вас острый язык.

– Надеюсь, этого хватит на весь курс лечения. – Она подвинула ему кошелек. – Каким бы долгим ни вышло дело.

Доктор взвесил на руке кошелек, кивнул и открыл большой сейф.

Кроме мешочков, столбиков монет, бумаг, там на особых полочках стояли пузырьки и баночки с препаратами. Лиза догадывалась, что за некоторыми наркотическими средствами, используемыми для лечения неврозов, могут охотиться гангстеры, скажем, из банды того же Варвара. Но ведь сейф их не остановит?

Доктор поправил несколько пузырьков, и до Лизы донесся неземной аромат, заставивший ее непроизвольно расслабиться.

– Что это за чудо, доктор? – спросила она. – От запаха у меня закружилась голова, и мне сразу же захотелось заболеть той самой болезнью, от которой лечат таким ароматом.

– Это не для вас, милочка, – засмеялся доктор. – Я готовлю бальзам для принца, которому, как вы знаете, вскоре предстоят серьезные бдения. Смесь полевых трав со всех концов света и некоторых других редких ингредиентов поддержит его высочество на протяжении долгой ночи. Мне заказал его советник Асиро.

– Потому что принц жаловался, что боится уснуть во время испытаний, свалиться в воду и утонуть? – спросила Лиза, нахмурив лоб.

– Верно. – Доктор пристально посмотрел на нее. – А вы, оказывается, не такая простушка, какой хотите казаться.

– Я встречалась с советником Асиро. – Она умолчала о принце. – Степные травы, говорите?

– Степные.

– Мне почудилось в этом букете что-то еще.

– Я не могу раскрывать всех секретов профессии, – засмеялся доктор. – Иначе неврозы начнет лечить каждый желающий.

Лавка господина Роланда всегда славилась изысканной одежной, дорогой парфюмерией и косметикой. Была здесь и особая комнатка с нижним бельем фривольных фасонов и расцветок. Верные жены сюда почти не заглядывали. Верным женам положено ложиться в постель в безобразном, бесформенном и бесцветном. Что же, это только повышает спрос на таких, как Лиза. Но сегодня тайная комната ее не интересовала, и она прошла сразу в отдел парфюмов.

– Лизонька! – раскрыв объятия, двинулся к ней навстречу Роланд. – Не желаешь ли перемерить новые коллекции вечерних туалетов, душа моя? На тебе они будут выглядеть ярче, чем на наших лучших картонках с витрины.

Она улыбнулась. Роланду позволялось говорить в таком тоне даже со знатными дамами. Все знали, что он любил мальчиков.

– Сегодня ничего примерять не будем, мэтр Роланд, – сказала Лиза. – Возможно, куплю кое-какие мелочи, и все. Хотя, знаете… нет ли у вас крема или духов с экстрактом железы красного бобра с островов Десятого градуса?

– Ты спрашиваешь о цолондо? – удивился хозяин.

– Точно. Так это и называется.

– В моем магазинчике есть все, душа моя, – гордо заявил Роланд. – Вот только не уверен, что у тебя хватит денег на такую безделицу, как бобровая струя. Да тебе она и не нужна, если честно. Ты выглядишь на все сто, милая. А цолондо пользуются старые, но богатые женщины, чтобы подстегнуть страсть молодых парней. Хотя, подозреваю, молодые парни предпочли бы взять деньгами.

– А вы не могли бы просто дать мне почувствовать аромат… мне очень нужно…

– Ха, ха… Только для тебя, Лизонька! Только для тебя… И смотри не вынюхай все до донышка…

Роланд достал из красивой коробки синюю стеклянную бутылочку с притертой пробкой и протянул ей. Лиза не сунула горлышко в ноздрю, как поступила бы на ее месте простушка, а как бы подогнала запах к носу взмахом ладони. Она переняла этот красивый жест у одного старого алхимика.

Долго принюхиваться не пришлось. Запах оказался знакомым. Точно таким же ее накрыло недавно у доктора Твордуса. Да. Вот теперь-то сидящее в дальнем уголке сознания подозрение переросло в уверенность. Кусочки мозаики сложились в картину, сюжет которой отнюдь не радовал. Впрочем, и огорчал не особенно.

Итак, принца хотят убить. И посадить на трон вместо него генерала Н’гомого. Если смотреть на вопрос с точки зрения реальной политики или даже общественной пользы, оно, наверное, и к лучшему. Генерал мог впрыснуть в деградировавшую монархию свежую кровь. Разобраться с внешними угрозами и разворошить застоявшееся болото внутри страны. Стань королем принц, страну очень скоро сожрут варвары, растащат на части соседи или окончательно разъест коррупция.