Бег по кругу (СИ), стр. 38
- Милый мальчик, - заканчивает он тем временем фразу.
- Не знала, что вам начали нравиться мальчики, - не упускаю возможности ввернуть шпильку в беседе. Уж лучше так, лучше изначально обезопасить себя, выстроив стену из презрительной насмешливости и отчуждения.
- Да нет, это вы у нас всегда были спецом по общению с мальчиками, - ехидно ухмыляется Дима, хотя в глазах ни намека на улыбку.
Ах, даже так? Ну что ж, один - один, Дмитрий Сергеевич, ответ засчитан. Но я не собираюсь так просто уступать, молча снося удары.
- Скорее это мальчики липнут ко мне, едва успеваю отшивать, - кокетливо хлопаю ресницами, желая подтвердить свои слова и напомнить, что и он когда-то был одним из таких мальчиков.
-Ну, этого, как я посмотрю, вы не спешили отшивать, приглянулся? – по нахальному выражению лица понимаю - он не спрашивает, он издевается. Вот урод, а!
- Даже если и так, с вами я намерена обсуждать это в последнюю очередь, - одариваю Диму приторно-сладкой улыбочкой, борясь с желанием наговорить в ответ гадостей.
- Ах, ну что ж вы так категоричны, я все же ваш начальник и обязан следить за нравственными устоями своих сотрудников.
- Как я уже сказала: я не желаю обсуждать это с вами, - провожу языком по пересохшим губам, не без удовольствия замечая, как Димин взгляд напряженно следит за этим действом.
- Не флиртуй со мной, - произносит холодно, с трудом отрывая взгляд от моих губ.
- И в мыслях не было, – вру, не краснея, едва успевая заметить, как лихо он перешел на ты.
- Да ладно, а эти слащавые улыбочки, томные взгляды и облизывание губ, ты слишком вульгарно себе ведешь, кокетство – явно не твое.
Охренеть. Он САМ пошел за мной, остался наедине в студии, начал выспрашивать о курьере, параллельно пытаясь наговорить колкостей, а в итоге виновата я? Чисто мужская логика!
- Может не следовало идти за мной и заводить разговор, если я так вульгарна, по вашему мнению?
«Отправляйся к своей невесте и трепи нервы ей, она ж у тебя сама изысканность, не такая вульгарная как я,» - о, как же мне хотелось бросить эту фразу Диме в лицо, но я вовремя сдержалась, боясь показать, как тревожит меня само существование Ольги Лукьяновой в его жизни.
- Может и не следовало.
- Тогда не смею вас задерживать, Дмитрий Сергеевич!
- Нет, все ж ответь: нацелилась на курьера?
- Не твое дело или решил уберечь его от связи с такой расчетливой женщиной, как я? – черт, как же приятно и страшно одновременно вот так доводить его, провоцируя, намеренно не договаривая и уходя от ответа. Не один он умеет делать больно! Адреналин в крови просто зашкаливает, я уже и забыла какие это бешеные эмоции - быть рядом с Димой, а препираться с ним оказалось вообще дико возбуждающим занятием.
- Неужели он твой молодой любовник? Я, можно сказать, был первооткрывателем такого рода удовольствий для тебя? – произнес неожиданно скучающим тоном, и тут я поняла, что он не злится, он откровенно издевается надо мной. Я взбесилась, нет, ну правда, какого черта Дима так со мной обращается? Тоже мне обиженный мальчик!
- Поэтому ты не хочешь даже разговаривать со мной - староват на твой вкус? – хохотнул мужчина. Нагло улыбаюсь, делая шаг вперед, и, стараясь, чтобы голос звучал как можно увереннее, говорю:
- Да, знаешь ли, предпочитаю любовников помоложе, и представляешь, он смог продвинуться в этом деле гораздо дальше, чем ты!
«Боже, что я несу?» - крутится в голове, но остановиться уже не могу. Мы играли в игру по названием «сделай другому как можно больнее», и, судя по тому, как сжались кулаки мужчины, я безбожно выигрывала.
Тень пробежала по его лицу, а в прищуренных глазах полыхнуло презрение, но Дима быстро взял себя в руки и, сократив расстояние между нами до опасно-близкого, проговорил:
- Опять флиртуешь? Неужели ты думаешь, что я вновь начну играть в твои игры?! - надменная улыбка тронула его губы. Он склонился ко мне, и я услышала хриплый низкий шепот у самого уха:
- Считаешь себя настолько неотразимой?
- Спроси у курьера, - я едва успела закончить фразу, как сильные руки больно сжали мои плечи. Одним быстрым движением Дима развернул меня спиной к себе и резко толкнул, заставляя прижаться щекой к стене. Руки скользнули с плеч вниз, больно сжимая грудь, а мужские бедра вжались в мои, сковывая движения. Все это произошло так быстро, что я даже вскрикнуть не успела.
- Что ты творишь? – предпринимаю слабые попытки освободиться, до конца не веря, что все это происходит на самом деле.
- Что, слишком быстро? Хочется прелюдии? А мне кажется, мы прошли эту стадию пару лет назад, когда из-за тебя я проходил все круги ада, - он надавливает сильнее, сжимая сосок сквозь ткань платья, а вторая рука нагло лезет под юбку. Черт, когда он успел так разозлиться? Вроде бы еще мгновение назад Дима контролировал себя.
- И что? Обиженный мальчик натренировал свой член и вернулся мстить? – проклятие, ну почему я не умею вовремя заткнуться? Ненавижу себя и свой злой язык, который вечно несёт непонятно что. Почему, ну почему из меня вечно льется дерьмоя не слежу за словами, особенно в те моменты, когда нужно сохранять самообладание? Защитная функция организма что ли?!
Дима резко разворачивает меня лицом к себе, пальцы больно впиваются в подбородок, сжимая так, что кажется челюсть вот-вот вывихнут. Его взгляд полон презрения и злобы. Он смотрит на меня, будто я мразь, самая последняя мразь на свете. И я действительно ощущаю себя таковой. Словно я не знаю, что причинила ему боль, будто мне самой не было плохо последние два года... Неужели он до сих пор всерьез считает, что для меня наши отношения были простым развлечением?
Мне показалось, что сейчас Дима меня ударит. Столько ненависти было в его взгляде, обращённом на меня. Я даже зажмурилась, ожидая почувствовать боль от пощёчины. Но он лишь грубо оттолкнул меня, так, что я ударилась головой о стену, и прохрипел:
- Пошла вон!
- Что?
- Пошла отсюда, я сказал. Я с тобой закончил на сегодня.
Не знаю, откуда у меня нашлись силы, чтобы выйти из студии. На ватных ногах дохожу до комнаты отдыха персонала и, прислонившись спиной к стене, медленно сползаю на пол.
Да... Вот уж поистине, бойся своих желаний...
Я же хотела, чтобы Дима вернулся? Хотела...
Хотела, чтоб он перестал игнорировать меня? Получите - распишитесь.
А знаете, в глубине души я все же верила, что наши отношения вновь станут такими, как и два года назад... Даже не верила, а скорее мечтала, надеялась...
А теперь, теперь я даже не знаю, как себя вести после всего случившегося. Вот, ей Богу, если б эта работа не была столь желанной и вымученной для меня, уволилась бы, не задумываясь.
Я просто не знаю, что мне делать и как себя вести с этим новым Димой.
Димой, который научился больно бить словами, не жалея меня, как это было раньше.
Нет больше влюбленного парня, который терпеливо выносил мои метания, я собственными руками превратила его в озлобленного мужчину, отвергнув два года назад.
Хочется плакать, но слез нет - все слезы я уже давно выплакала в череде бессонных ночей после расставания с Димой...
Нужно что-то делать, отвлечься, иначе у меня сейчас просто крыша поедет или вернется та ужасная депрессия, из которой я не могла выбраться почти полгода...
Краем глаза замечаю сумочку и, быстро выудив из нее мобильный, нажимаю кнопку вызова.
Спустя пару минут, я уже смеюсь, и пусть этот смех слишком нервный и истерический, но смеюсь я от чистого сердца, слушая голос на том конце трубки.
- Прям так и ляпнула – натренировал член? – переспрашивает Лерка и вновь начинает хихикать. - Ю, ну ты, как всегда, отжигаешь. Хоть бы сказала «отрастил яйца», в этом хоть смысл есть.
- Да, обновляю устаревший словарный запас новыми выражениями.
- Ну, это тоже иногда нужно! И не вздумай писать заявление, слышишь? Знаю я тебя, паникёршу, этого еще не хватало! Слишком много чести! Ладно, мне пора бежать, вечером подробней расскажешь.