Бег по кругу (СИ), стр. 32

Выворачиваюсь из его объятий, когда Леша предпринимает попытку стянуть с меня пижаму. Почему-то после того, что сегодня произошло, прикосновения мужа кажутся неприятными, будто я изменяю Диме.

Да, видимо у меня окончательно поехала крыша!

Смена полюсов, перенастройка приоритетов.

 Закрываю глаза, надеясь, что чувство отстраненности пройдет, но все зря…

- Малыш, что такое? Ты ж сама постоянно меня достаешь с этим делом. Сегодня я очень даже «за».

- А я против.

- Хм, ты какая-то странная весь день.

Ой, правда, ты заметил?

- Леша, не нужно меня сейчас трогать, я еще после ссоры не отошла.

Вру, не краснея, но это лучше, чем говорить правду. По крайне мере сейчас мне так кажется.

Отворачиваюсь от мужа, вновь с головой ныряя под одеяло.

Все, нет меня…

Умерла, пропала, ушла из дома и не вернулась.

Не хочу и не могу ничего решать.

Нет меня…

***

Утро.

Черт, а оно все же наступило.

«На автомате» плетусь на кухню готовить завтрак.

Леша ведет себя, как ни в чем не бывало, ну да, у нас же с ним все хорошо. Никаких скандалов и истерик, счастливая семья!

На пробежку решаю забить, чувствую, нет, знаю, что там меня поджидает Дима, и вот с ним-то у меня не все хорошо.

Он-то точно захочет разговоров, скандалов и выяснений отношений.

Не спеша начинаю приводить себя в приличный вид. После ночи терзаний и раздумий это оказывается не самой легкой задачей: ощущение, будто по мне проехали бульдозером. Выходных как не бывало.

Прогулочным шагом плетусь на работу, с грустью отмечая, что обычно в это время я только возвращаюсь с пробежки.

За два дома до офиса меня поджидает неприятный сюрприз в виде зеленоглазого красавца.

Дима замечает меня раньше, чем я успеваю ретироваться, и, подскочив, хватает за руку, будто боится, что я вновь убегу. Правильно делает.

Поспешно вырываю руку. Черт, ну коллеги, соседи могут проходить мимо, что ж он творит-то?!

 - Ю, нам нужно поговорить.

Нет, ну вот что за ирония судьбы? Муж, с которым нам необходимо разобраться во всем, усиленно избегает разговоров, а Дима, человек с которым я сейчас меньше всего хочу общаться, караулит около работы.

- Давай позже, мне на работу нужно.

- Нет. Я вчера просто не успел тебе рассказать. Я уезжаю.

- Опять?

- Да, только в этот раз надолго. За этим отец и вызывал к себе. По просьбе матери он оплатил курс в самой престижной школе графического дизайна. Я продолжу обучение там.

 - О,- все, что я смогла выдавить из себя. Сказать, что эта новость стала для меня неожиданной - ничего не сказать.

- Юль, ты меня слышишь? Я уезжаю на год.

- Далеко?

- Япония.

Охренеть, простите, но другого слова я не могу подобрать.

Япония!!!

Это тебе не Питер и даже не Швейцария.

Чувствую, как почва уходит из-под ног и, кажется, теряю нить беседы.

Ну вот, все само собой и решилось…

Я должна радоваться…

Должна…

Но вместо этого меня выкручивает, ломает, мне буквально физически плохо от столь неожиданной новости.

Я и так практически всю ночь не спала, постоянно вспоминая Диму, его ласки, поцелуи и прикосновения (как же я боялась забыться и в полусне произнести его имя), а слова об отъезде добили меня окончательно.

Дима смотрит на меня выжидающе.

Это пытка. Что, что он хочет от меня услышать?

Я не могу признаться ему, что влюбилась как девчонка, как наивная идиотка, что думаю только о нем, что мечтают и хочу только его.

Почему, почему все так?

Возможно, все могло бы быть по-другому…

Если бы я встретила его раньше...

Хотя…

Диме сейчас девятнадцать. Встреть я его раньше, меня посадили бы за растление.

Да. Моя не убиваемая самоирония и намертво вбитые за четыре года учёбы законы РФ не дают забыть о себе даже в такой ситуации.

Но вопрос остается открытым: могло бы это чувство перерасти в нечто большее?

Возможно, это просто наваждение, лёгкая, ничего не значащая влюбленность, увлечение, не более того, - рассуждаю я, вернее, пытаюсь себя в этом убедить.

Я же ничего не знаю о Диме, наши встречи можно пересчитать по пальцам. Это похоть, желание, взрыв гормонов, все, что угодно, но не великое и светлое чувство.

Никогда не верила в любовь с первого взгляда.

Нет, любовь – это глубокое, серьезное чувство, которое рождается после того, как люди хорошенько узнают друг друга. У них появляются общие воспоминания, мечты…

Или я не права, и все это бред, который вбивают в наши головы с детства?

Что, если мои чувства к Диме - это и есть то, чего многие ждут всю жизнь?

Но главный вопрос все равно остается открытым: что мне теперь с этим всем делать?

Из тяжелых раздумий меня вырывают сильные мужские руки. Схватив за плечи, Дима бесцеремонно встряхивает меня, будто тряпичную куклу, и, обеспокоено вглядываясь в лицо, произносит:

- Ну, скажи что-нибудь. Вели мне уйти, вот веришь – прогони, и я уйду. Или прикажи остаться, - обнимает, притягивая ближе, и взволнованно шепчет на ухо. - Скажи, что хоть что-то чувствовала. Что не играла, не развлекалась со мной, чтобы скрасить семейную жизнь. Скажи, и мы уедем вместе, навсегда, я никогда не буду таким, как он, я всегда буду любить тебя.

На мгновение мне кажется, будто я утратила способность дышать.

Сердце вырывается из груди, меня переполняет эйфория и какое-то детское ощущение счастья.

Он зовет меня с собой, предлагает сбежать.

Это не прощальный разговор, как я подумала в самом начале, это нечто большее. Намного большее.

Но юристреалист во мне тут же «включает мозг», заставляя спуститься с небес на грешную землю.

Я не могу сейчас уехать, просто так сорваться с места - слишком много обязательств, которые связали меня по рукам и ногам. Нужно написать заявление об увольнении, отработать положенные две недели, подготовить все документы, сделать визу…

А потом в голове, будто вспышка, рождается мысль: а чем я собственно собираюсь заниматься год в Японии?

Сомневаюсь, что там позарез нужны молодые перспективные юристы, в совершенстве знающие законы другой страны.

Диме все, естественно, оплатит папа: проживание, питание, обучение, но не думаю, что он настолько добрый дядя, что будет рад содержать еще и меня.

Но даже если отбросить все это, то назревает другой, более важный вопрос, который я не могу оставить без внимания.

А что если у нас с Димой ничего не получится?

Пылкие встречи раз в неделю и романтическая переписка - это одно, а вот совместный быт - совсем другое. Сомневаюсь, что Дима имеет хоть какое-то представление об этом и что он готов кардинально изменить свою жизнь ради меня.

И если у нас вдруг ничего не получится, мне придется возвращаться обратно в родительскую однокомнатную квартиру и вновь пытаться налаживать свою жизнь под осуждающие взгляды семьи. Я мысленно застонала, представляя реакцию мамы, для нее это будет высшей степенью позора – дочь в разводе.

Черт, еще один неприятный, но не менее важный пункт, о котором не стоит забывать - прежде, чем уехать, мне нужно будет оформить развод.

От этого слова меня передергивает, будто я услышала ругательство.

Ведь чтобы развестись, нужно поговорить с Лешей, рассказать всю правду…

Он слишком дорог мне, чтобы без объяснений потребовать похода в ЗАГС и расторжения брака. Я просто не могу с ним так поступить.

Все эти мысли мигом рассеивают мой романтический настрой.

- Дим, не торопи события, я же говорила, мне нужно время разобраться во всем. Давай ты уедешь, а когда вернешься, тогда и решим.

- Я не хочу уезжать, бл#ть, на год и знать, что ты остаешься тут с НИМ. Я сдохну без тебя за это время. А ты так спокойно отпускаешь меня. Значит, ни черта не чувствовала, просто играла с мальчиком?!