Кладбище забытых талантов, стр. 57
— Покажи мне ее!
Ник чуть сузил губы в удивлении от напора, исходившего от немощного призрака, но мутные впалые глаза выдавали в нем искреннюю радость игры, которую он устроил. Он с привычным чувством власти приблизился к призрачному юноше и положил толстую смуглую руку ему на шею, как старому другу. Глаза заслезились от смрада, вырывавшегося изо рта — Анжела не шутила: табачный мочевой запах гнилостных зубов.
«Искатель» положил увесистую ладонь на спину и подтолкнул гостя, отчего тот, едва не споткнувшись о порог, вошел в склеп. Каменная дверь закрывалась мучительно медленно, словно главарь банды действовал намеренно. Сторожевые расступились, не включив светильник, и Юрий устремился по пустому предбаннику к затемненной лестнице. Хотя ощупывание и преодоление рассыпчатых каменных ступеней затянулось, Ник терпеливо выждал, пока призрачный юноша преодолел их все, издавав на каждой вздохи от мышечной боли.
В конце пути Юрий неосознанно свернул налево, попав в более освещенное помещение, которое «Искатели» оборудовали под место для ночлега. Вдоль стен располагались подстилки с одеялами, на которых спали самые достопочтенные, если можно так сказать, члены банды, верные поиску амулетов и общему благу; сейчас о табуне призраков напоминал лишь стойкий густой запах пота, образовавшийся из-за слабого проветривания.
— Как тебе наша хата, а? — сказал Ник вполголоса, но каждый звук в замкнутом помещении усилился в несколько раз. — Только мы могем спать по-нашенски, а не как лохи в тесном гробу.
Юрий оглядел мнимый интерьер комнаты мельком, задержав взгляд лишь на одной детали, что так сильно выделялась и печалила душу. По центру правой стены была поставлена камера заключения, напоминавшая птичью клетку без дна, нижнюю часть которой пригвоздили скобами к полу, пробив каменное покрытие. Неизвестно, откуда у «Искателей» оказались длинные толстые прутья решетки, но сделали ее умело. И внутри этого металлического каркаса, опершись спиной о стену, сидела на полу Анжела.
— Вот она, птичка моя. — Ник опередил Юрия, задев его плечо, и остановился напротив призрачной девушки. — Могем провести старый добрый обмен. Я даю вам лататы задать [14], а ты отдаешь свое добро. Под добром я понимаю амулет.
Как только Анжела раскрыла глаза и те послали сигналы в голову, она попыталась подняться, на что тяжелое тело ответило бурным негодованием. Она чуть оторвалась от пола, но тут же осела, приложив ладонь к макушке, которая отозвалась резкой болью, заставившей лицо сморщиться. Призрачная девушка смогла лишь промычать имя товарища.
— Сядь на место! — рявкнул Ник, точно непослушному домашнему питомцу, и выставил широкий желтый ноготь, под которым копился слой грязи.
Вначале Юрий задержал взгляд на подруге, но вскоре отвернулся, сосредоточившись на «искателе» — он не смог смотреть на ее беспомощное состояние. Перед лицом возникла вытянутая смуглая ладонь, слегка подрагивавшая от ожидания, и призрачный юноша без раздумий отказался от деревянно-каменной драгоценности. Ему вспомнился Андрей, который также пошел на этот шаг ради своей призрачной девушки; теперь Юрий прочувствовал его так живо, насколько это было возможно.
Стоит несколько омрачить светлый образ Юрия, сказав, что раздумья все же случились — трудно оказаться от единственного шанса на хорошую жизнь, добытого волей судьбы и приложенными усилиями, — но задолго до входа в склеп. Сомнений не было, что главарь банды попросит именно амулет, но в этом и проявилась главная особенность призрачного юноши: он отправился спасать подругу не по воле навеянных романтических побуждений, а после короткого, хотя и трудного решения, и выбор его был осознанным.
— Во те на! И за этой мелюзгой гонится все кладбище? — Ник потянул руку за пояс и достал оттуда ржавый нож с самодельной ручкой, обвязанной темной тканью. Он направлял острие в твердую древесину коробки, оставив на ней несколько точечных вмятин, и в центр гладкого камня, с поверхности которого лезвие соскальзывало. Делалось это с такой задумчивостью на лице, словно нож был единственным органом чувств, и пока красно-бурый конец его не коснется всех сторон, предмет останется изученным не полностью. — Ниче не вертится, ниче не крутится. Я б даже подумал, че ты мне байки загоняешь, но ты ж нормальный пацан, а, Юра? Брехать не будешь?
— Основание я выиграл в турнире, а сферу обменял у Андрея.
И вдруг короткий нож «Искателя» упал с глухим от ржавчины звуком, который, однако, заставил вздрогнуть.
— Подай-ка перо [15], — сказал он.
Вечная суета и пребывание внутри цветочного мешка изматывали и совсем не располагали к затруднительным наклонам, а потому Юрий замешкался на несколько долгих секунд, за которые водянистые темные точки если не прожгли его, то доставили желание промыть глаза.
Приняв нерадостное положение вещей, призрачный юноша наклонил туловище и согнул ноги, тотчас же принявшиеся безудержно трястись, как заведенный механизм. Тонкие пальцы схватили и потянули рукоять ножа, однако оторвать его от пола не удалось: «искатель» наступил носком ботинка на ржавое лезвие так, что переместил всю тяжесть тела. От долгого напряжения ноги не выдержали и взяли отдых всего на мгновение, которого хватило, чтобы повалить все тело.
Только после Ник присел, хрустнув обоими коленями, и шепнул Юрию на ухо:
— Паршиво, когда хомутают [16] чужую славу. Не ты победил в той заварухе, а моя Анжи. Понял? Знай свое место, щенок, оно на низах. И вставай уже, а то разлегся тут.
Все это время Юрий опирался на предплечья, которые уже начинали уставать. Он попытался подняться, но спина и ноги не получили приказа, а лишь напомнили о себе разливавшейся болью. И тогда он услышал шорохи из глубины камеры заключения и повернул затекшую шею в сторону звука.
Упав на живот, Анжела ползла к товарищу на локтях, словно раненный воин, искавший безопасного места. С каждым новым забросом руки вперед голова ее приопускалась, натягивав кожу на затылке, и волосы, выбившиеся из общего пучка, едва закрывали отражение боли на лице. Она полностью отстранилась от мира, поставив себе цель, для достижения которой ей нужна была вся слаженность усилий, на какие способно призрачное тело. Ни вялых слов извне, ни пристального взгляда главаря банды, что наблюдал