Кладбище забытых талантов, стр. 163
По правде, мне ужасно не хотелось вновь проводить ритуал и справляться с последствиями желания, но так будет честно. Заслуги должны вознаграждаться! Неожиданно призрачная девушка встрепенулась, боязливо засверкала глазами, но робко подошла. Впрочем, быстрее, чем Анжела — верно, человеческий облик все более располагал призраков ко мне.
После уже описанных действий в руках у Сидни появился инструмент для резки металла, ржавый и грязноватый, будто только вырванный из рук работника.
Выбор крайне нежелательный, но я ведь сама предложила…
Казалось, тишина разлилась по комнате и призраки тонули в ней по макушку, потому как они молчали. Мы неловко смотрели друг на друга. Это печалило мою душу, ведь не каждый день выдается возможность побеседовать с призраками на расстоянии нескольких шагов. И каждый миг тогда представлял для меня ценность, поскольку любой из них мог стать последним.
— Меня зовут Анна, но об этом вы уже должны знать. И никаких вопросов не последует? Не похоже, что вас гложет любопытство. Смелее же! Кладбище казалось мне более чем загадочным и необъяснимым местом, а подземелья и вовсе вызывают каскад вопросов. Но… если вам ничего не интересно…
— Кто мы такие и как попали на кладбище? — начал Юрий, набравшись храбрости, каким-то даже мужественным голосом.
Пока он смело глядел на меня, пытавшись, верно, вытащить ответы из глубины души, призрачные девушки не могли не отметить стремительные изменения. В особенности Анжела, знавшая его голос и внешний вид не хуже собственных.
— На первый вопрос вы в состоянии ответить сами. Кто-то думает, что он остался человеком, хотя большинство на кладбище мнит себя призраками. Что ж, ваше происхождение, равно как и происхождение кладбища, связано с высшими силами (это долгая история для более спокойной обстановки), так что… Возможно, считать вас призраками, в смысле не людьми, вполне разумно.
— То есть мы умерли? — с горсткой страха спросил Юрий.
— Чтобы ответить на этот вопрос, Юрий, нужно разобраться во втором твоем вопросе. Как вы попали на кладбище… Очень интересно! И на этот вопрос вы тоже сможете ответить сами, хотя и не без моей помощи. Что необычного случилось в твоей душе, Анжела, когда ты узнала о своем высшем в жизни несчастье? Тогда, когда твой отец поставил тебя перед безжалостным фактом ближайшего поступления в университет, который ты ненавидела более всего. Он лишил тебя права самостоятельного выбора. Что ты чувствовала в тот момент?
Анжела смутилась, не привыкнув рассказывать о своей жизни малознакомым людям. Такими в этой комнате были Сидни и, конечно же, я. Она краснела от воспоминания того события и забавно сжимала кулачки, спрятанные в карманах джинсов.
— Гнев, — продолжала я, — он разливался по твоему телу, хотелось рушить стены, ломать предметы, рвать одежду… Впрочем, ради тебя не буду перечислять всего, что ты едва не совершила тогда… Это ты и сама хорошо помнишь. А вот помнишь ли ты, что в тот день на тренировке по фехтованию тебя никто не смог одолеть? Помнишь ли свои мысли перед сном, когда ты до середины ночи жгла взглядом темноту потолка? Разочарование. Конечно, перечить родителям ты не отважилась. Ты решила забыть свою мечту — забыть музыку навсегда! — как сделал каждый из вас. И вот вы здесь.
— Тогда зачем мы здесь? — сказала Анжела.
— Зачем? А вот на этот вопрос вам никто не ответит. Зачем… Возможно, в наказание за такой тяжкий грех, за преступление против себя, а может, за тем, чтобы исправить ошибки прошлого. Кто знает…
— Чтобы исправить ошибки, нужно покинуть кладбище, — заметил Юрий.
— Звучит проще, чем на самом деле, правда? Далеко за пределами кладбища вы продолжили проживать каждый день. Без цели, без веры, без мечты… Вы в самом прямом смысле заточили вас же самих сюда, отбросив вместе с мечтой и частицу себя. Вы и есть мечты, дети мои.
— Тогда пусти же нас, — почти потребовала Сидни, чем вызвала у меня легкую улыбку. — Мы очень-очень хотим домой. Да что там! Не только вот мы такие привереды. Все-все хотят.
— Это невозможно по нескольким причинам. С одной из них Юрий познакомился в день своего прибытия на кладбище, что, собственно, и способствовало этому. Что ты видел в больничном подвале, куда тебя завел Хэйрон?
Части головоломки — две из тысячи кусочков пазла — сложились, прояснив пару моментов. Глаза призрачного юноши сделались широкими, а дыхание участилось — он помнил…
— Там было что-то. Я не уверен… Скользкие щупальца хотели схватить меня.
— Поэтому-то вам и нельзя в город, для вашей же безопасности. На кладбище всем вам дается шанс исполнить мечты, хотя у этой возможности есть предел. Конечно, я не могу переместить тебя, Анжела, на сцену филармонии и сделать всех членов жюри счастливыми, тем самым положив начало твоей великой карьеры. Я могла помочь по-другому. Желание не дается просто так, а зарабатывается множеством усилий, через которые каждый из вас прошел. Именно поэтому, к сожалению, я не могу вас выпустить на поверхность. Благодаря «искателям» все прознали о вашей команде, вам не дадут покоя, как душевного, так и физического.
— Ах! Да что же это такое! То одни нас сажают за решетки, то другие… Какая-то совсем-совсем дурная местная потеха.
— Пожалуйста, не думайте обо мне так. Это не плен. И тем более я не собираюсь причинять вам вред! В подземелье есть бесчисленное количество миров. Весь лабиринт — это только переход между ними, своеобразный коридор из коридоров. Даже я не знаю всего интересного, что можно найти за этими дверьми. Пожалуй, все, на что только способна фантазия человечества. Это отнюдь не заточение! Во всех тех мирах вы будете свободны. Там вы сможете исполнить свои мечты, счастливые, защищенные… Не этого ли вы хотели? Юрий? Анжела? Сидни?
— Мы оставили