Вкус жизни, стр. 241

посмотрела на Славу, тот в ответ лишь неопределенно пожал плечами, что означало: надо повременить с выводами. Она вняла молчаливому совету мужа и положила подарки на тумбочку, стоявшую рядом с входной дверью. Вдруг Слава деловито «проехался» в адрес гостьи:

– Сыр я вижу, а где же мышеловка?

– Что вы, уважаемый, фирма на самом деле дарит подарки. А вам лишь нужно будет при любом удобном случае прославлять наш магазин, – ослепительно улыбаясь, ответила девушка и тут же достала из мешка огромный набор посуды якобы фирмы Андрея Макаревича, которого все присутствующие наверняка должны обожать.

Кира растерянно оглянулась на подруг, ища поддержки своим не-уверенным догадкам. Галя с Милой перемигнулись и замахали руками. Алла выразительно покачала головой. Сердце Киры упало. Она тоже догадалась, что подарки – не приятный сюрприз, а очередная афера, еще один способ отбора денег у обывателей. Она резко отстранилась от «дарительницы», потому что была наслышана о способностях таких вот шустрых агентов, а теперь на собственном опыте убедилась в их существовании и лишний раз утвердилась в мысли, что с прежней, доперестроечной, наивной верой в добро пора заканчивать, чтобы не выставить себя глупой. Происходящее мгновенно ввергло ее в подавленное состояние. Ей показалось, что у нее не хватит сил и нервов спокойно противостоять обманщице. Не успев толком обдумать, какие шаги в этом случае стоит предпринимать, она мрачно, обиженно, чуть ли не со слезами пробормотала:

– Я не нуждаюсь в ваших подарках. Вы пытались обмануть пожилого человека. Не стыдно? – И, полная горечи, поспешила скрыться на кухне.

А девушка не позволила себе обратить внимание на реакцию хозяйки квартиры и продолжала «петь», готовая обратить в свою пользу и момент растерянности, и неловкость, и смущение пожилой дамы. Научившись торговать лицом и голосом, она обезоруживающе открыто и нагло демонстрировала свою хватку. Возможно, она надеялось «захомутать» мужчину, смело играя на его самолюбии, посчитав его менее практичным (не на того напала!), легко заводящимся по пустякам или способным клюнуть на ее обаяние.

Чувствовалось, что посланница фирмы умела вести себя легко и привычно в любой обстановке и, наверное, уже считала, что удачно провернула дело. Ее не волновало, что уже проглядывали наружу ее истинные намерения, что уже слишком бросается в глаза ее нагло-непосредственное поведение. Было в ее действиях что-то цыганское, что ли. Она действовала их старыми испытанными способами, только «упаковывала» их в новую красивую обертку.

Слава незаметно кивнул Алле, которая с интересом наблюдала за хорошо разыгранным фарс-спектаклем.

– А сколько же стоит все это удовольствие? – неприметно кривя рот в ироничной улыбке, ласково спросил он девушку.

– Тостер три с половиной тысячи рублей, утюг (примитивный) – две тысячи, а с посудой все вместе – двадцать тысяч! И все это вам бесплатно, – продолжая обаятельно улыбаться, сообщила гостья.

Слава давно и с легкостью мог бы опровергнуть «прелестные измышления» незваной гостьи, но он выжидал, чем закончится этот искрометный сюжет.

– И все же чем мы должны осчастливить вашу фирму? С нашей стороны было бы верхом неблагодарности не сделать вам что-нибудь приятное. Мы не можем быть такими жадными. Только ведь нечем нам вас порадовать, – полностью сохраняя самообладание и выдержку, со всей серьезностью продолжал игру супруг Киры. Эту фразу он заготовил заранее, еще задолго до того, как его жена поняла, что ее собираются надуть, всучив «подарки», «развести», как теперь выражается молодежь.

– О да! Конечно же! Небольшое дополнение, – воскликнула прелестная посланница фирмы. – Дело в том, что товар магазин получает из Германии и Франции, поэтому мы просим одаренные нами семьи оплатить только доставку товара. Всего-то пять с половиной тысяч рублей.

Все собравшиеся у двери женщины, теперь уже включая и Киру, дружно рассмеялись. Хохотали до слез, искренне.

– Ну вот и ключик к замочку от мышеловки. А я-то стою и думаю, что же на этот раз придумала талантливая молодежь, чтобы «обуть» простачка-обывателя? Ловкий трюк, рассчитанный на одурачивание доверчивых бабушек, – доброжелательно улыбнулся Слава. – Ладно, девчушка, ты, безусловно, талантлива, у тебя отлично подвешен язык, ты коммуникабельна, обаятельна и привлекательна, но не станем дальше ломать комедию. Мы не «лохи». Видишь, я даже термин молодежный употребил, чтобы подчеркнуть связь поколений, хотя ваши методы мы, старшее поколение, не приемлем.

Желаем тебе дорожить своей репутацией и сделать прекрасную карьеру на чем-то честном и полезном не только тебе, но и людям. Брось этим заниматься. Наверное, отправляясь на подобную работу, ты ни разу не вспомнила о своей любимой бабушке. А в общем, ты нас очень развеселила. Настроение теперь до вечера будет приподнятое, не каждый день встречаешь такой естественно-искренний самородок.

Кира, я помогу девушке, провожу ее до лифта, чтобы она не попыталась опробовать свои хохмы на наших соседях. А ты, Алла, подари гостье на добрую память компьютерную распечатку с настоящими ценами предлагаемых ею товаров и адресами фирм и городов России, в которых они производятся. И еще реквизиты фирмы Андрея Макаревича добавь. А на будущее, милая девушка, запомни: «Лапшу на уши надо уметь вешать так, чтобы трудно было заподозрить в мошенничестве. Любая ошибка, любой промах пойдет тебе в минус. А лучше вовсе ее не вешать». Обычно мы не миримся с надувательством. Другую посланницу фирмы мы не преминули бы вышвырнуть с позором на улицу, но очень уж ты артистична и обаятельна. Твои бы таланты да на пользу Отечества.

Когда «дарительница», ничуть не смутившись, ушла, остальные гости, узнав причину оглушительного хохота в коридоре, стали наперебой делиться «перлами» современного торгового искусства, с примитивными и оригинальными идейками обмана старичков, с которыми им или их соседям довелось столкнуться со времени начала перестройки. Рассказывали, как некоторые, попав на удочку, в сердцах проклинали себя за беспечность, другие – за глупую уверенность в том, что способны разглядеть любую аферу и справиться со всякими пройдохами, и тогда радость общения с чужими людьми уступала место настороженной агрессивности. На уловки покупались даже самые дотошные и привередливые старушки. Понять заблуждения мешали десятилетиями устоявшиеся традиции «добрососедства и братства». Набрался шикарный, «разнотравный букет» способов обманов, хоть рекламные буклеты составляй. Правда, творцов подобной «литературы» среди нас не нашлось. А жаль. Хорошее бы вышло «пособие для лохов». Ведь, по сути дела, легковерные люди сами провоцируют появление