Реквием, стр. 49

свои взгляды твердо, властно, с истинной непреклонностью. Он словно гвозди забивал мне в голову, а не тривиальные истины. «Главное – научиться думать, действовать и трудиться». «Зависть разрушает человека, парализует, не дает свободу творчеству». «Леность, беззаботность, безразличие и скупость непростительны…» Но мне казалось, что я и без него всё это давным-давно знаю и понимаю, просто не заостряю на них внимание. Вот и артачилась. Говорила полушутя, что любое подавление человеческой личности опасно, потому что ведет к непредсказуемым последствиям, что принуждение и невыполнение желаний является причиной неуравновешенности характера и даже психических расстройств. И что хуже? И он терпеливо объяснял.

А после бесед дед снова становился мягким, сердечным, даже нежным… Именно он направлял мой разум, определял стратегию, придавал форму мыслям и помогал стать тем, кем я сегодня являюсь. Именно ему я обязана той искре безумства, что так необходима для созидания, и ещё способности устремлять свои мечты в будущее и направлять их по тропе практического смысла. Если уж на то пошло, многое у него получилось. Не удалось только научить меня смеяться над жизнью и её бедами. Не успел или с этим надо было родиться? А вот философский взгляд на вещи и ирония как проявление духа противоречия – от него.

К сожалению, разум не есть панацея от всех грозящих человеку неприятностей, и хорошо бы иметь защитную оболочку юмора, а не иронии. Вот поэтому жизнь – это чудо, наслаждаться которым в полную меру дано не всем. Далеко не всем. Дух человеческий всегда пребывает в состоянии взлета, но у многих из нас в некоторых аспектах он так и не возносится выше высоты, определенной ему природой. И не у всякого человека выдерживает испытание на прочность материал, из которого строится его душа.

Трудно уловить тот момент, когда надо быть смиренной, а когда лезть на рожон. Всю жизнь учусь лавировать, а всё равно обжигаюсь. Такая вот трудная наука. Куда там по сравнению с ней страшный для студентов сопромат!

И всё же, какой зам? Харизматичный, тонкий, нежный? Скорее, изнеженный, лощёный, холёный. Очень чувствителен к факту собственной лучезарности. Любит, чтобы ему подчинялись беспрекословно. Даже не допускает мысли о возражении при свидетелях. Стремится исключить всякую возможность управлять им. В пользу этого говорят даже его гладко зализанные черные волосы, неизменно прямая, какая-то скованная походка робота. Мне кажется, такие субъекты воспитываются с детства, в соответствующей среде. Переучиваться – процесс слишком болезненный. (Яркий пример тому – сын генерала из моего детства?)

…И прекрасное здоровье зама, тоже, наверное, служит ему неиссякаемым источником счастья. Молодец, очко в его пользу.

Перед начальством он – сама утонченная любезность, наигранная, хорошо отрепетированная. А как насчет юмора? Не приметила. Умеет, обдав клиента замораживающим взглядом, неподвижным выражением физиономии, возвести перед ним непреодолимую стену. Лицо сколько-нибудь официальное грубых слов произносить не должно, и вот здесь-то как нельзя лучше подходит его спокойный, «леденящий» подход. И в рассудительности ему не откажешь. Хотя методы осуществления оставляют желать лучшего. Наверняка считает себя носителем истины в последней инстанции. Числится непотопляемым, потому что глубоко уверен в своём превосходстве. А я умею, когда это необходимо, вовремя сдать назад, не зацикливаясь на самолюбии, лишь бы на пользу людям.

Само собой разумеется, знает зам свои сильные стороны и удачно использует их. Для очистки совести скажу: молодец. Преклоняюсь перед сильными духом. Недаром говорится: бог дает всем, а кто как распорядится своим даром – другой вопрос. А он умеет, но, к сожалению, только с обязательной выгодой для себя.

Если захочет, воспользуется малейшей ошибкой сотрудника и вмиг выгодный контракт или долгосрочное соглашение отдаст блатному. Преследует каждого, кто не отвечает его представлениям об удобном сотруднике, и прежде всего того, чья наука составляет конкуренцию его «трудам», смотрящимся на их фоне более бледно. Погубит любого, кто посмеет усомниться в его способности властвовать. Считает, что в таком деле ему все средства сгодятся. Тут его мстительная натура берет верх. Ему важнее уничтожить, чем создать. Наплюет в душу, пойдет на всё, чтобы воспрепятствовать продвижению того человека. Задавит. Вот тут-то и пригождаются обласканные им чиновники, надежные «прикормленные» друзья.

И чужая порядочность ему мешает жить. Такому постарается вкатить тройку выговоров и выгонит, не поморщившись. А неопасных людей обходит, как огибают статуи или, точнее, столбы. Вертит сотрудниками, как вздумается, манипулирует, будучи прекрасно осведомленным о мотивах их поступков. Психолог. Жизнелюбивый циник. У него не проскочишь. Не помнит, о чём не хочет помнить.

Самое обидное, что не удаётся ему противостоять. Мы ведь, к сожалению, часто ведём себя, как стадо баранов: то бестолково сбиваемся в кучи, то напротив – кто в лес, кто по дрова разбредаемся. Сдается мне, что чем людям хуже, тем ему лучше. Ухо востро с ним держать приходится и быть постоянно в тонусе.

Как-то закрутилась и не успела согласовать с замом свой проект, так он усмотрел в этом жестокое оскорбление, попытку ниспровержения его авторитета, и тем обрекла себя на конфронтацию. А шеф просто подошел бы и напомнил… и никаких обид. Но только не зам! Это же ниже его достоинства! Долго я беспокоилась, какое изощренное наказание он придумает мне за непреднамеренную дерзость. Боялась подвести своих людей. Боже мой, боже праведный, сколько ошибок мы совершаем за свою короткую жизнь! Будто начерно живем, мало задумываясь о последствиях. Инна шутит: «Поменьше анализируй, а то вдруг вскроется что-нибудь такое, что вообще не захочется жить». Ей проще, она не руководит.

Не сразу, но всё же успешной работой вернула я себе значительную часть расположения зама. И в голосе его появилось что-то похожее на уважение. Понял, что без честных тружеников ему не обойтись. А ведь сначала за дурочку держал из-за моей излишней прямолинейности, в открытую презирал, не втихую подкапывался, как к некоторым, более сильным противникам. Не понимал, что насквозь его вижу, только характера не хватает вести с ним борьбу? Интересно, испытывает ли он со мной хоть иногда чувство кошки, упустившей свою излюбленную жертву?

Жуткий человек. Когда такой попадает в коллектив – судьбы людские летят кувырком. Всех подчиняет, в стадо превращает, использует. Блатных «насаждает». И нет пощады тому, кто пытается ему воспротивиться. Считает себя выше критики. Вот тебе и роль личности… Взашей таких гнать надо. Кто этим займется? А пока он гонит… Тиран, изверг, изувер. Мне его не победить, остается ненавидеть и остерегаться.

И ко мне неминуемо подкрадывается пенсионный возраст, а сынок ещё школьник. Может, минует меня сия чаша? Надеюсь, до доцентов и профессоров очередь у него не скоро дойдет. От воли руководителя зависят судьбы сотрудников, вот и приходится