О музыке и не только, стр. 17
Музыка такая молодежи не нужна,
Ни мелодии, ни слов и на слух дурна!
Бесконечно нам дают совет-
Бросьте это все и весь ответ!
Но какой нам прок от этих фраз,
Еще два слова и в грязи погряз.
Вот если бы играли вы веселый джаз,
Но это тоже видно не для вас.
А что для нас тогда скажите вы,
Сидящее вот здесь почтенное жюри.
Быть может, вы предложите нам вальс бостон?
Ну на конец, забытый стиль чарльстон.
Тревогу видно на лице у вас,
Ну что играете вы здесь для нас?
Быть может, вы хотите нам дать урок,
Играя на концертах свой ужасный рок!
Но это же товарищи совсем не так,
Нельзя же нам устраивать такой бардак!
Ведь каждый стиль по своему наверное хорош,
А многие кричат: «Хэви металл даешь!»
Нам все время твердят в ответ,
Будто рок музыки вовсе нет.
Устали журналисты нам давать совет,
Что это музыка, а это нет.
Но нам по -прежнему она нужна,
У нас от нее не болит голова!
Внимательно мы выслушали ваш урок,
И все же, мы играем снова рок!
1985 г.
«Вера в рок н ролл»
Сверкает лучами эстрада
И блики различных цветов,
Толпа, как ревущее стадо,
Здесь множество полутонов.
Все здесь по- наивному просто
И мысли здесь только одни,
Площадка, как маленький остров,
Кончаются теплые дни.
Мы верим в большую удачу
И верим с тобой в рок-н-ролл,
Эй, бармен, дай пива на сдачу,
Пойдем, приземлимся за стол.
Здесь все отвыкают от дома,
От нервных, житейских забот,
Но кажется, близиться ссора,
Вновь пустят кого то в расход.
И лица поблекли и сникли,
Не видно улыбок вокруг,
Ребята действительно влипли,
Все сразу сбегаются в круг.
Мы верим в большую удачу
И верим с тобой в рок-н-ролл,
Эй, бармен, дай пива на сдачу,
Пойдем, приземлимся за стол.
Нелепо кончается ссора,
И музыка стихла опять,
Кому то достанется горе,
Кому то друзей не видать.
А где то сверкает эстрада
Лучами различных цветов,
И лучшего счастья не надо,
И громких не надо нам слов.
1985 г.
«Мы поем о вас»
Мы поем о вас в этот светлый час,
Поздравления льются сами,
Вместе с нашими словами,
Вы еще прекрасней стали.
Милые женщины, ласковы и стройны,
Но бывают и коварны,
Раскрывают часто тайны,
Будто это все случайно!
Как их уберечь, от ненужных встреч,
Хоть и редко так бывает,
Но любовь всегда страдает!
А ошибки не прощают!
Милые женщины, будьте мужьям верны,
Нужно в меру быть ревнивой,
Модной, нежной, прихотливой,
И не очень суетливой.
Бедные женщины, сумки в руках полны,
Магазины, гастрономы, дом,
Стрепня, собрания в школе,
И сельхоз работы в поле.
Как же нам дальше жить, время вперед бежит,
Просто нужно рассмеяться, всем невзгодам и ненастьям,
И тогда большое счастье в ваши двери постучит!
1985 г.
«А музыкант уже устал…»
А музыкант уже устал,
И капли пота на висках.
А микрофон, не то что сто,
И тридцать герц не выдает.
Меня лишь радует одно,
Что благодарное лицо,
Из зала смотрит на меня,
Миг вдохновения даря.
И я, уйдя со сцены прочь,
Шагнув в безветренную ночь,
Вновь снова вспомню то лицо
И станет мне, как днем светло.
1985 г.
«Лесной охотник»
Лес полон отражения,
А вокруг лежат снега,
Я иду порой вечернею,
Видно это не с проста
Лесной охотник вышел на тропу,
Лесной охотник в северном лесу.
Сильный рев пронзил глухую тишь,
А в ногах застыл свинец.
Удивлен, что ты еще стоишь,
Значит это не конец.
Лесной охотник вышел на тропу,
Лесной охотник в северном лесу.
Возврат домой всегда хорош,
Но в твоих глазах печаль,
Зверь исчез, а ты вперед идешь
И глядишь в немую даль.
Лесной охотник вышел на тропу,
Лесной охотник в северном лесу.
1985 г.
***
Осень стоит на дворе, и уныло горят фонари,
Может все это во сне, может, приснилось все мне?
Нет, это все наяву, желтые листья кружат,
Ветру навстречу бегу, только лишь ветки дрожат.
1987 г.
«Посвящение матери»
Сегодня двадцать пятое число,
Стоит октябрь во дворах.
И у тебя я чувствую тепло,
В твоих морщинистых и маленьких руках.
Какие трудности они перенесли,
Но ты всегда протягивала их.
Чтоб вновь тепло в них принести,
Для нас, для сыновей твоих.
Тебе сегодня шестьдесят!
Не это главное, для нас, ка и всегда,
Нет ничего дороже слова мать.
Так будь же счастлива на долгие года!
1988 г.
***
Стоит с протянутой рукой старушка,
И мимо мы проходим равнодушно.
А почему все это происходит?
Не каждый, на такой вопрос ответ находит.
Ты лучше поищи ответ в самом себе,
В чрезмерно переполненной удачами судьбе.
Давно ли экономил ты на хлебе?
И в церкви с покаянием давно ли не был?
Отсюда вывод, зачерствели наши души,
Чужую боль мы разучились внятно слушать.
Поэтому с протянутой рукой стоит старушка,
И мимо мы опять проходим равнодушно.
23.07.2002 г.
«Памяти И. Талькова»
Почему молодые уходят так рано,
Оставляя Россию лишь в песне своей.
Кто сказал, что так нужно, кто сказал, что так надо,
Она будет жить в нас до скончания дней.
Она будет струиться, сквозь туман, сквозь потемки,
Осуждая повинных, что ведут на расстрел.
И душа отлетая, зовет их к потомкам,
Забирая с собой, всех, кто здесь не удел.
И его вот забрали, но за что? Ведь так молод!
Сколько б сделал еще не намеченных дел,
Сколько б спел он еще ненаписанных песен,
И зачем забирать всех, кто здесь не у дел?
Почему не сберег, не отвел его Боже,
От той пули дурной, что свалила его.
Уготовил ему преспокойное ложе,
И священно сказал: «Отпевайте его».
Его песни живые по ночам будут сниться,
Бывший подъесаул оседлает коня.
И к реке подведет, конь захочет напиться,
В отражении увижу я его и себя.
А потом полечу, на коне, вихрь вздымая,
Но проснусь среди ночи, в холодном поту.
Этот сон не забыть, я уверен, я знаю,
А как хотелось, чтоб было это все наяву!
Почему молодые уходят так рано?
Башлачев, Цой, Высоцкий, а теперь вот Тальков,
Кто сказал, что так нужно, кто сказал, что так надо?
Они будут жить в нас до скончания веков!
1991 г.
«Вдруг показалось, что песню спел…»
Вдруг показалось, что песню спел,
Да спел такую, по коже дрожь.
И очень сильно я захотел
Ее исполнить, ну и что ж?
Что ж тут такого, коль сочинил,
Слова и музыку от души.
Я напрягался из последних сил,
Сам говорил себе: «Не спеши…»
И вот гитара опять в чехле,
Немного денег в кармане есть.
Но отчего- то не по себе,
Хотя я знаю, что шансы есть!
Я точно знаю, что я спою,
И будет песня моя звучать.
И вот я к сцене уже иду,
Довольно струнам моим молчать!
Довольно песни петь про себя,
Зачем свой голос в душе хранить.
А если песни петь не любя,
То для чего же на свете жить?
Пускай струна тетивой звенит,
Стихи пусть с музыкой не в ладу.
А друг послушает и простит,
То, что придумал я на ходу.
Придумал много, да мало спел,
Хотел как лучше, но кто же знал.
Быть может душу не всем задел,
Зато к концерту не опоздал.
Май 1992 г.
«Дождь под Самарой»
Ну вот и все, наш поезд скоро тронется,
И застучит его привычный голос в такт.
Дом городской в таежной дымке скроется,
А впереди, самарский длинный тракт.
Дела, заботы дома все оставил я,
Лишь только б спички не промокли в рюкзаке.
Лишь только б песни наши не кончались,
Пусть дождик ноты нам напишет на стекле.
Как Юрий Кукин пел: «Мы едем за туманами…»
Ну что такого здесь, коль хочется уйти,
От суматошных дел, от дыма окаянного,
От крика, шума, от начальства, от тоски.
И все пускай нас называют ненормальными,
Пускай ругают, что мы дома не сидим.
А мы все едем, едем, едем за туманами,
Костры сжигаем и в палатках ночью спим.
Гора встречает нас все тем же спуском правильным,
Что создала природа, то не уберешь.
И мы спускаемся с зашитыми карманами,
Что упадет с горы, уж больше не найдешь.
А к вечеру мы снова поднимаемся,
На эту гору, где познакомились с тобой.
Но дождик под Самарой не кончается,
Не хочет отпускать он нас домой.
14.10.92 г.
«Тридцать лет спустя»
Ветер гонит пыль степную за бугром,
Дробь копыта так уж резво не стучат.
Притупилась шашка в ножнах за седлом,
Есаул в станицу едет не спеша.
А кругом места родные и ольха,
Под которой задремал он молодцом.
И пускай, дорожка к дому нелегка,
Освежу свою усталость я винцом.
Эх, наличники, наличники мои,
Пой, кути, гуляй казак, покуда жив!
И опять в окне черны глаза твои,
Не дает покоя заливной мотив!
Лягу,