Бандиты Запада, стр. 51
Доставленный в полицейский участок, тот рассказал всю правду о том, что произошло несколько минут назад на пустынном пляже. Когда полицейские приехали на указанное место, они нашли изуродованный труп мужчины. Как установят эксперты, у Пазолини было сломано десять ребер, раздавлено сердце, половые органы, сломаны челюсть, правая рука и даже наполовину вырваны уши.
Это убийство потрясло Италию. И хотя творчество Пьера Паоло Пазолини принимали далеко не все, смерть, которую он принял в ночь на 2 ноября, ужаснула. Соратники погибшего всерьез подозревали неофашистов, которые после выхода в свет фильма "Сало, или 120 дней Содома" неоднократно угрожали режиссеру. Однако состоявшийся вскоре суд назвал единственным виновником смерти режиссера Пино Пелоци и приговорил его к 10 годам тюрьмы. В своем последнем слове тот заявил: "Я защищал свою жизнь и не хотел его смерти. Это было не убийство, а несчастный случай".
Пино Пелоци провел в тюрьме 9 лет и 7 месяцев и 10 дней. За последующие 10 лет он умудрился еще шесть раз угодить в тюрьму. А клеймо "убийцы Пазолини" осталось за Пино Пелоци на всю жизнь.
Маньяки Америки (70-е годы) — 1973-1977
В 70 — 80-е годы США «подарили» мировой криминалистике сразу нескольких серийных убийц, имена которых до сих пор заставляют содрогаться американцев. Если бы в Америке было нечто похожее на лондонский музей восковых фигур мадам Тюссо, то в "комнате ужасов" этого музея нашлось бы место и для этих монстров.
Дин Аллен Коррл проживал в городе Хьюстоне и работал рядовым электриком на одном из местных предприятий. Все, кто сталкивался с ним, характеризовали его с самой лучшей стороны. Соседские ребятишки боготворили его — он всегда угощал их конфетами, катал на своем мотоцикле, а по воскресным дням сажал в свой грузовик и отвозил на соседний пляж купаться.
Ничего плохого не мог сказать о Каррло и местный пастор. Дин часто приходил к нему и интересовался, не может ли он чем-нибудь помочь церкви.
Единственное, что вызывало некоторое неудомение, так это то, что до сих пор он не был женат. Ему было уже 30 лет, но ни одна девушка так и не переступила порог его холостяцкой квартиры. Правда, все объяснялось просто — он был гомосексуалистом. Девушки его не интересовали, зато молодые люди от недостатка его внимания не страдали. Наиболее активными любовниками Коррла были 15-летний Дэвид Брукс и 14-летний Элмер Хенли.
Вплоть до 1970 года Коррл не проявлял никаких патологических отклонений и его сексуальная жизнь не выходила за рамки дозволенного. Однако позже в Коррле как будто проснулся зверь: для полного сексуального удовлетворения ему требовалось насиловать, затем привязывать свои жертвы к "доске пыток", резать и в конце концов убивать. Причем это должны были быть исключительно подростки-мальчишки 10 — 16 лет. Все они попадали в дом Коррла одним путем: их приводили его старые приятели-любовники Брукс и Хенли. Обычно они подъезжали на машине к ватаге знакомых парней и предлагали кому-нибудь прокатиться. Затем следовало предложение "заехать на вечеринку к одному парню, где будут наркотики и девочки". Возражений обычно не возникало. За каждого юношу Коррл платил поставщикам по 10 — 20 долларов.
Когда родители исчезнувших детей заявляли в полицию, та не слишком усердствовала в поисках. Похитители были осторожны и забирали подростков из неблагополучных семей. Полиция считала таких детей склонными к побегам и поэтому тревогу не поднимала.
Свои жертвы Коррл истязал несколько дней, иногда и в компании со своими приятелями. Сначала трупы закапывали в сарае, где хранилась моторная лодка. Когда же свободного места стало мало, тела начали вывозить на грузовике на берег Мексиканского залива в Кальвестон и зарывать на территории местного пляжа, куда по воскресеньям на том же грузовике Коррл возил местную детвору.
С 1970 по 1973 год Коррл с товарищами убили таким образом более 30 подростков. Жертв могло быть и больше, если бы на третий год не наступил конец этой кровавой вакханалии.
7 августа 1973 года Элмер Хенли «подцепил» на дороге "сладкую парочку": 20-летнего парня и его 14-летнюю подружку. И хотя в «коллекции» Коррла не было ни одной представительницы слабого пола, Хенли решил рискнуть и предложил своим попутчикам "заехать на одну вечеринку". Парень с девушкой согласились.
Коррл встретил их очень радушно, но тут же увел Хенли в соседнюю комнату и едва не набросился на друга с кулаками.
— Ты зачем привел эту бабу? — сверкал глазами Коррл. — Я их терпеть не могу.
— Прости, Дин, но уж больно парень хорош. Не бросать же было его из-за этой девки.
Последний аргумент, видимо, показался Коррлу убедительным, и он успокоился. Вскоре они вернулись к гостям.
Тот вечер развивался по давно отрепетированному сценарию: сначала жертвы накачали наркотиками, а затем привязали к "жертвенному столу". Причем Коррл, внезапно разъярившись на Хенли, решил привязать к столу и его.
— Чтобы впредь не приводил в дом девчонок, — зло произнес Коррл.
Сначала Хенли подумал, что это всего лишь шутка, но, когда в руках у Коррла блеснул нож, Хенли осознал, что его жизнь висит на волоске.
— Дин, прости меня! — завопил он. — Хочешь я сам пущу кишки этой девчонке.
Последняя фраза остановила разгоряченного наркотиками Коррла. Несколько секунд он обдумывал слова друга, потом одним движением разрезал путы.
— Докажи, на что ты способен, — произнес Коррл и вложил в руки приятеля "жертвенный нож".
И Хенли с ножом в руке шагнул к "сладкой парочке".
Когда с ними было покончено, убийцы приступили к упаковке трупов. Их завернули в старые тряпки. Пока Коррл возился с телом парня, Хенли стоял у него за спиной и тяжелым взглядом сверлил его затылок. Видимо, то унижение и страх, которые он испытал сыграли в тот миг свою роль. Хенли явственно представил себе, как Коррл заворачивает в грязные тряпки его изрудованное тело. Кажется, Коррл почувствовал тяжелый взгляд приятеля и начал медленно поворачиваться к Хенли. Однако тот уже все решил. Одним движением выхватив револьвер, он пять раз нажал на спусковой крючок.
Утром Элмер Хенли явился в штаб-квартиру полиции Хьюстона и рассказал все, что знал. Сначала ему не поверили, но, когда в доме были обнаружены сначала три трупа, а в сарае еще пятнадцать тел, полиция была в шоке. Подобного Хьюстон не знал за всю свою историю.
Между тем то, что происходило в Нью-Йорке через три года после описанных событий, хотя и выглядело иначе, было не менее ужасным. В 1976 году в этом