Жница Дьявола. Рассказы от Искушаемой. История вторая, стр. 16
- А-ха! А-ха-ха – заржал, словно жаба, жирдяй – Ты в своем уме, мадам? Ты тут одна, а нас вон сколько!
- Вас – это кого? Простых смертных? Мне неприятно это говорить, но для меня вы просто пыль. Раздавить вас, проще, чем гнездо муравье, но их мне хотя бы жалко.
- Вы только поглядите на нее! Какие мы смелые. Посмотрим, как ты заговоришь, когда мои парни продырявят твои сиськи! – Эйтор махнул рукой в моем направлении паре своих самых здоровых ребят – Убейте, сучку – надменно бросил он, тут же языком залазия в рот несчастной пленнице, с силой задирая ее голову за крепко намотанные на пухлую ладонь, волосы.
- Ох зря, очень зря ты отказался от моего предложения – покачав головой и недовольно оставляя свое пойло, посетовала я, нехотя вставая с уютного кресла – Мне всего лишь нужно было знать о ее рождении, а затем я бы отпустила тебя восвояси живым и здоровым, но нет же, великому дону Ага надо доказать свое превосходство над любым, кто смеет ему противоречить.
- Меня зовут Эйтор! – взревел мужчина, а между тем двое его громил уже уверенно топали в моем направлении.
Когда они оказались уже совсем рядом, я, совершенно неожиданно для всех, прытко схватила со стола тяжелую каменную вазу и опустила ее на голову первому, подоспевшему ко мне обидчику. К моему огорчению она не принесла ожидаемого эффекта, и я принялась махать ею из стороны в сторону, отпугивая таким образом обоих своих противников, так и пытавшихся зажать меня в угол.
- Минуточку! Позвольте-ка даме слегка оголиться на радость мужскому глазу – попросила я, обольстительно улыбаясь и тем самым вызывая на тупых рожах лишь глупые развратные улыбки – Вот спасибо! – поблагодарила я, быстро скидывая на пол свою кожаную удлиненную до колен приталенную крутку с высоким воротником и крупными пуговицами – вполне стандартный предмет одежды Искушаемого, любившего одеваться в стиле современности – А теперь потанцуем! – с ехидной ухмылкой заявила я, протягивая правую руку за плечо, туда, где за туго перетянутым корсетом, на всю мою спину красовалось изображение резной боевой обоюдоострой косы – типичного оружия любого пограничника.
Каждый из нас волен был дополнять и украшать его по собственному желанию, но вид вооружения должен был оставаться неизменно одинаковым. Моя коса была усыпана мелкими шипами у самого основания лезвия и крупными в конце прямого длинного древка, так, что во время боя я могла использовать ее с обеих сторон. Для дополнительной защиты мое средство самообороны было исписанного древними письменами и увешено всевозможными оберегающими лентами и бусами.
Мои неприятели, поняв, что я собираюсь с ними драться при помощи нарисованного оружия, сначала лишь дико заражали, но улыбка моментально сошла с их лица, когда коса на моем теле ожила и приобрела вполне реальные формы. Еще больше здоровяки побледнели, когда моя рука легко, словно перед ними была не хрупкая девушка, а здоровенный мужик, провернула тяжелое лезвие и, взлетев ввысь над головой, молниеносно опустилась на ближайшего обидчика, напрочь снося тому одну из конечностей. Дико взревев от боли и непроизвольно схватившись за обрубок правой руки, громила заорал так, что в доме задрожали окна. Он упал передо мной на колени и в шоке громко заголосил:
- Какого хрена тут происходит? Как ты это сделала, тварь?
- Правда классная вещь? Это боевая коса, друг мой, оружие, которое всегда держит при себе каждый уважающий себя Искушаемый, а вы, закоренелые снобы, и дальше продолжайте верить в то, что кроме вас в это мире больше никого не существует.
- А вот тут ты ошибаешься! Ты меня уже с лихвой убедила, что ты мерзкая потусторонняя гадина! – прошипел не ожидавший такого поворота Эйтор – Но и на тебя найдется управа. Видимо дело не в качестве, а в количестве! Ну что вы замерли?! – гаркнул он на своих подчиненных, завороженно уставившихся на мое окрашенное в алый цвет оружие – Навалитесь на эту подлую сучку все разом и убейте ее.
- А за сучку, жирдяй, ты еще ответишь! Я с удовольствием вспорю тебе брюхо, как только покончу с сворой твоих бездомных собак!
Не успела я опомниться, как на меня уже накинулось человек десять здоровенных бугаев, по сравнению с которым я казалась хрупкой крохой, затерявшейся в сосновом лесу. Между нами разыгралась не шуточная кровопролитная битва, которая лишь с виду выглядела для меня фатальной. На самом же деле, спустя совсем короткое время, я, лихо размахивая своим оружием направо и налево, словно сама смерть, скосила всех подлецов один за другим, не зная устали и страха. Не желая просто так отбирать чью-либо жизнь, я лишь наносила пусть и глубокие, но не смертельные раны, однако, каждый из моих противников, безумно злясь, что его одолела какая-то баба, с бешенством снова и снова вскакивал на ноги и бросался на меня с новой силой. Большая часть из них, в итоге, даже попыталась подло, за моей спиной, воспользоваться своими огнестрельными пушками, за что негодяи тут же и поплатились, получив все свои пули рикошетом от моей косы обратно и замертво свалившись на пол. Под конец мне даже стало немного жаль, тех кто еще остался в живых и я, с нескрываемой жалостью и состраданием, предложила этим трем бедолагам наиболее оптимальный для них вариант:
- Эй вы, сосунки! Я представляю вам последний и единственный шанс на спасение. Если вы сейчас же уберетесь отсюда и больше никогда не будете заниматься приступными делами, то обещаю, что не стану вас преследовать – наставительно бросила я, грозно сверкнув глазами.
И, толи мой устрашающий вид, толи покромсанные части тел соратников, разбросанные по всей гостиной, но оставшиеся здоровяки, словно побитые псы, попятившись от меня спиной назад, переглянулись и тут же дали деру из этого проклятого места, оставляя меня, дона Ага и Такку одних - с глазу на глаз.
- Ну что, теперь я могу узнать историю рождения этого прекрасно создания или ты хочешь продолжить в том же духе? – несколько раз показательно крутанув своим оружием, поинтересовалась я у толстяка, закрывшего себя для безопасности телом Тэресии.
- Если я расскажу тебе эту историю, ты оставишь нас с ней в покое?
- Смотря, что я о ней узнаю, но если честно, выбора-то у тебя особо нет, трусливая шкура.
- Выбор есть всегда! – зловеще прохрипел мерзавец, и я увидела, как в