Эльфийская сага. Изгнанник, стр. 51
рудники.
От душного, пропахшего металлом воздуха кружилась голова и слезились глаза. Ей
пришлось оборвать край рубахи и перемотать нос и рот, чтобы не потерять сознание. На
счастье, подъем продолжался недолго, и тридцатая ступенька привела к широкой арке, расходившейся тремя галереями. Драгоценные камни в мозаиках и многосложных
орнаментах отблескивали россыпями радужных искр. Сиварская позолота, украшавшая
арочные дуги тайных переходов, светилась бледным огнем даже в полной темноте.
72
Лебедь напрягла глаза и пожалела, что не обладала острейшим зрением темных
сородичей, способных видеть в кромешной черноте. На первый взгляд, проходы были
одинаковы и расходились по трем сторонам, но присмотревшись, она поняла, что первый
резко забирал вниз, второй - в глубине преграждала решетка, замкнутая огромным
стальным замком, а третий прятал окованную металлом дверь.
Позади разнесся долгий, тягучий свист. Пещера наполнилась неясным гулом.
Девушка обернулась и прижалась к влажной стене, прислушиваясь – погоня? Исчадия
нашли ее и вот-вот выскочат из мглы, чтобы обезглавить, как обезглавили Аннориена
Золотое Солнце? Или это шорохи иных, первобытных существ? Все знали, что
молчаливые, необъятные пространства темноэльфийских шахт давали приют древним и
зловещим тварям, о которых менестрели слагали пугающие легенды, собираясь у костров
долгими зимними вечерами.
Эльфийка покачала головой, прогоняя наваждение заледенившее кровь, и снова
навострила ушки. Неподалеку капала вода, высекая из камня звон. Где-то копошились и
попискивали то ли крысы, то ли летучие мыши, то ли иные обитатели подгорных низин.
Вдоль пола текли прохладные воздушные потоки. Далеко-далеко слышался гул горной
реки. И ни звука голосов, топота сапог и лязга клинков.
Она выдохнула и ощутила, как по спине скользнула прохлада, прилетевшая со
стороны третьей галереи. Поразмыслив, воительница сделала шаг и не прогадала. Тяжелая
дверь оказалась не заперта - за ней простиралась небольшая зала с темными
полированными стенами и мощными рядами колонн, державшими светло-зеленый
блестящий свод. Через пятьдесят шагов стало светлеть, стены покрылись капельками
воды, воздух очистился от горечи и пыли.
Осенний ветер, ароматы трав и цветов обрушились на нее океанской волной.
Серебристые волосы, рассыпанные по плечам, заколыхались, а по коже побежал
морозный озноб – она все-таки вырвалась из глухих и безнадежных оков каменного мира.
Отбросив гнетущие мысли, наемница поспешила снять пыльную маску, глубоко вдохнула
воздух лугов и осмотрелась.
Голубые звезды рассыпались вдоль горизонта; по центру пылала серая, как чищеная
сталь луна. С запада на восток простирались сельские поля, перетекавшие жидким
золотом спелой пшеницы. Слева чернели изломы Гор Жизни, справа алой стеной шумели
рябиновые рощи. В траве стрекотали кузнечики, в лунном свете блестели ирисы, заливисто шумел бардовый подлесок, в тени ветвей перекликивались филины.
* * *
Эридан ждал Белого Лебедя у мертвой сосны (она обещала найти его, как только
спасется из духоты железного Мерэмедэля). Побег из тюрьмы прошел неудачно - юный
ученик чародея полулежал на сухом клевере и зажимал глубокую рану на плече, а еще с
тревогой озирался по сторонам и вздрагивал от каждого шороха лесного царства.
Сияла луна, и звезды в небесной сфере казались тусклыми и приглушенными.
Эридан залюбовался блеском голубоватых светил, пока его взгляд не поймали два
ослепительно ярких огня в северной части неба. Белым светом сияла Норвен, темно-
желтым горел Астэр. Он вспомнил, матушка часто напевала перед сном стародавнюю
легенду о королевской дочери Норвен и простом воине Астэре, что жили задолго до эпохи
первого эльфийского короля Лагоринора в забытом королевстве Авал-Эон. Они полюбили
друг друга бессмертной любовью, но были разлучены жестокой волей могущественного
короля. Их история печальна, горька и жестока: им не случилось познать счастья под
солнцем, но они встретились на том берегу Заокраинного Моря, в Арве Антре, а
Всевидящий потрясенный их великим и чистым чувством освободил души Астэра и
Норвен из темниц вечного сна, позволив соединиться под луной. С тех пор они всегда
вместе, блистают ярче прочих звезд - прекрасные и влюбленные, как свет надежды, вечные и недосягаемые, как мечты о долгожданной свободе.
73
Эльфийка вынырнула из кустов шиповника неслышно. Мальчишка, захваченный
воспоминаниями об утраченном доме, резко