Эльфийская сага. Изгнанник, стр. 46
рассуждать, а тем временем желтые великаны захватили бы провинцию до последнего
дома!
- Несусветный вздор! – Вмешался Вигго, звучный голос которого был слышен даже
в противоположных углах площади. – Ваши доводы неубедительны! Они бы и без указа
из столицы отбросили войска Родрэма Третьего к границам Шар-Рахри! Речь ведь не о
том, уважаемый маркиз! Мы говорим о расширении прав и возможном расширении Трех
Законов. Подземному королевству требуются перемены и новые обычаи, которые будут
управлять не только армией и военными, но и обществом в целом!
Зэхра вспылил:
- Ваши речи – речи мятежника и заговорщика!
- И снова я не поддержу вас, лорд Зэхра, - промолвил молодой Малиус. – Среди
советников Его Величества многие поддерживают идеи графа и никто из них не
осмелился окрестить его подстрекателем и баламутом!
Вигго рассмеялся, похлопал по плечу молодого соратника и заметил Габриэла у
фонтана, оплетенного серебристыми веточками дикого цветка. Праздничный наряд парня
переливался огнями полуденного солнца, да так слепяще, что советнику пришлось
ненадолго прикрыть глаза.
- Шерл Габриэл, - окликнул он, - не соблаговолите присоединиться и рассудить нас?
- С удовольствием, лорд Вигго.
- Тоже скажете, что расширение Трех Законов и налоговые послабления в низших
кварталах серьезно пошатнут королевскую власть?
- Да, лорд главнокомандующий, любопытно послушать, что вы скажите на этот счет,
- просипел старый Зэхра и уставился в отрешенно-равнодушное лицо нового собеседника.
- Считаю, господа, это станет заботой нового короля, - уклончиво ответил Габриэл и
улыбнулся, однако его бездонные глаза остались холодны.
- Мудро, мудро, - оценил Малиус, - должен с прискорбием сказать, и, думаю, все со
мной согласятся, что еще ни разу за всю историю Подземного королевства страна не
переходила к новому владыке в столь растревоженном и разворошенном состоянии.
Интриги так и плетутся за спиной старого Теобальда. Впрочем, вам ли не знать, - он
заглянул в глаза маршала, - вы бываете при дворе чаще, чем все мы вместе взятые.
- Да, - согласился Габриэл, но ядовитые слова ни капли не задели его холодного
сердца. – Ждать осталось недолго, господа. Уже скоро мы услышим имя нового короля.
- Остается только уповать на многовековую мудрость Его Величества и надеяться, он не разочарует народ, - Вигго бросил взор на Теобальда, потому, как не скрывал, что в
царственном ложе мечтал бы видеть не принца Брегона, а будущего зятя, а рядом с ним
свою дочь.
65
Не успел он подумать о прелестной Лире и ее скорой свадьбе, как чистый высокий
голосок ворвался в хрустальный перезвон фонтанов.
- Вот вы где, мой шерл.
Красивая, но глупая гордячка благородных кровей, обвила талию Габриэла белыми
ручками, обнажив тонкие запястья, унизанные сапфировыми браслетами, и прижалась
грудью к его идеально прямой спине.
- Лира, дочь моя, мы разговариваем, - хмуро пожурил ее граф.
- Простите, отец, я помешала, - Лира потупила глаза и с победной улыбкой сильнее
прижалась к Габриэлу, догадываясь, в каком огне желания разгорался воин от ее легких, ненавязчивых прикосновений. Только чудом ему удавалось сохранять невозмутимый вид.
В постели Лира сводила его с ума, и с этим невозможно было поспорить, но…
сколько бы чувственного удовольствия она не доставляла ему за закрытыми дверями, в
иное время ее общество все чаще его тяготило. Габриэл все больше осознавал, этот брак –
брак по расчету. Сердце шептало: между ним и Лирой не появится та привязанность и
забота, которая живет в браке его друга Сирилла и его жены Фрэллы, между ним и Лирой
не возникнет того единения и уважения, какие он видел в браке сестры Селены и ее
покойного мужа Дреда. Между ним и Лирой – пропасть, бездна и миллион разногласий. А
еще он помнил, что родство Дракона и Змеи и Веллетреэв важный политический ход и
рушить будущее из-за глупого мальчишеского упрямства он не станет. Всегда можно
завести любовницу, или несколько, если на то пойдет.
- Вы не против, я украду у вас жениха? – Пропела девушка и, получив дозволение, потянула Габриэла прочь от политических интриг.
Мимо проплывала обслуга. Пел фонтан. Звенели чаши и бокалы.
- Я ждала, что вы сами найдете меня, мой шерл, - обидчиво сообщила она, повиснув
на его локте.
- Прошу прощения, был занят, - отстраненно сказал он, озираясь по сторонам.
- Понимаю. Поэтому отправилась искать вас сама.
- Вы меня нашли, - радости в голосе молодого воина становилось все меньше.
- Вы чем-то опечалены? – Высокий голосок Лиры резанул по ушам, как сталь
заточенного клинка.
- Нисколько, миледи.
- Тогда почему вы не улыбнетесь мне, как улыбаетесь, когда мы остаемся с вами
наедине?
- Я на службе, - суровый ответ ее не остановил.
- Пожалуйста, ради меня, - Лира, зароптала, как ребенок. - Мой шерл, посмотрите на
меня, ну, посмотрите, улыбнитесь мне. Разве я не достойна вашей улыбки?
Габриэл скосил на нее глаза и нехотя дернул краем губ, изобразив бледное подобие
счастья, но совершенно неискреннего и холодного.
- Мой шерл, - зашлась она в восторге, - я вся в вашей власти.
По традиции Подземного королевства эта фраза заменяла принятую в Верхнем Мире
«я люблю тебя», и в случае, когда темный произносил эти слова второй половине, она
непременно отвечала: «а я в вашей власти», но слова встали у Габриэла комом в горле.
Все, на что его хватило - коротко кивнуть в ответ.
Музыка стихла, и настал миг, ради которого они собрались. Четверо воинов внесли
на площадь большое круглое зеркало с серебристой поверхностью и застыли прямо над
куполообразным изгибом в потолочном своде.
Темные эльфы умокли, наполняя столицу благоговейной тишиной. Наступил