Эльфийская сага. Изгнанник, стр. 199

- Знаю одно. Масками он точно не пользуется.

- Намекаете на Горгано, - процедила она. – Да, это была я. Я разорила ту мерзкую

деревушку и не жалею. Вы даже не представляете, что гоблины творили в ее подземельях.

Они пытали похищенных эльфов не для того, чтобы что-то узнать, а просто, потому что

любили смотреть, как мои сородичи мучаются и истекают кровью. Эти крики и стоны они

называли лучшей музыкой на свете.

- Да плевал я на отребье, что там обитало, - зло бросил он и поморщился. – Дело в

другом. Вы покушались на жизнь Теобальда. Честь шерла не позволит мне оставить это

без наказания.

287

Лютый, дремавший в стеблях зверобоя, уловил в его тоне угрозу и вскинул

огромные уши. Красные глаза лениво приоткрылись и блеснули зловещими отсветами

пламени Ун-Дамор. Обнажившиеся клыки полыхнули огнем.

- Спокойно, малыш, - через силу улыбнулся Габриэл и перебросил ему кусок хлеба, который зверь поймал на лету, - мы только говорим. – Он вдруг махнул рукой, - хотя, какой теперь смысл.

- Смысл есть, - возразила Арианна. - Белый Лебедь нужна Верхнему Миру. Но вам

не понять. Вам неведомы дружба, верность, любовь. У вас нет добра и зла. Есть только

три ваших проклятых закона. Мы - другие. Мы не можем жить спокойно, когда наших

братьев и сестер угнетают, пытают и забивают просто ради потехи. Если бы не Лебедь, то

и Лекса давно не было в живых. Мальчик закончил или под пытками грорвов, или ваших

исчадий, какая разница! - Она осеклась, заметив в его широко распахнутых глазах искру

неподдельного горя. – Простите.

Ветер высекал шумные мелодии из соцветий спеющих трав. Лунное серебро

просачивалось меж ветвей, пятная поляну бело-серыми лужицами.

- Вы правы, - наконец, бесцветно произнес Габриэл. – Брегон добился бы от Лекса

правды и сейчас вполне возможно шел не на Запад, а в Иссиль Итин.

Он что-то прикинул в уме и спросил:

- Вы узнали, что он ученик последнего Стража Семи Хрустальных Пик, потому

поспешили на помощь?

- Я не знала, – покачала она головой. – Узнала вместе со всеми на совете. Было мне и

не ведомо, что Алиан один из Стражей. Я никогда не интересовалась тайнами

королевского двора Аннориена.

- Но вы отправились в Горгано, чтобы спасти Лекса? – Нахмурился Габриэл.

- Я… - она насторожилась. Настойчивость, с которой темный вызнавал сокровенные

секреты ее сердца, начинала раздражать. – Почему вы спрашиваете?

- Вас наняли неспроста. В игру вмешался кто-то третий. Он узнал, что Брегон

разыскивает Лекса и обратился к лучшей наемнице равнины Трион. В Горгано вы

опередили меня на час с небольшим. Я приехал к пепелищу.

- Ох, прощу прощения, что расстроила вашу охоту, - огрызнулась Лебедь.

- Вы помните имя заказчика? Его внешность? Может, другие детали? – Эта история

очень обеспокоила молодого шерла. Он хмурился, сопоставлял факты, будто вычисляя

шпиона среди союзников, и со стороны это казалось странным.

- Я не спрашиваю имен и не разглядываю лиц. Тот, кто хочет нанять меня, вешает на

Ведьмин Вяз алую ленту с указанием времени. – Она помолчала. – Откровенно говоря, в

последний раз я пошла против воли заказчика.

- То есть?

Арианна наклонила голову на бок и потрепала дремлющего хэллая.

- Я должна была его убить. – Слова дались ей нелегко. - Но не смогла поднять руку

на невиновного. Мальчик напомнил мне брата, и я отступила.

Силуэт Габриэла едва читался в черни сумерек. В слабой пляске пламени было не

разглядеть лица, но девушка почувствовала, как ошеломлен был воин ее откровением.

- Лекс юн и безобиден. Кому выгодна его смерть?

- Возможно тому, кто… хочет защитить Иссиль Итин, даже ценой крови невинных

и сохранить местоположения города в тайне, - пожала плечом Арианна.

- С этим не поспоришь, - кивнул Габриэл и надкусил кислое яблоко.

… Всю ветреную ночь изгнанник провел в дозоре. Пока Арианна крепко спала у

костра, он пытался отделить правду от лжи, продумать стратегию нападения, а если удача

отвернется, то и линию обороны.

288

Брегон вел разговор о Лексе и Иссиль Итине исключительно за закрытыми дверями, размышлял Габриэл, наблюдая за течением зеленоватых туманов, освещенных молодой

луной.

Наследный принц Эр-Морвэна никогда не скрывал своих притязаний на эльфийский

престол, но, как правило, все его деяния ограничивались вялыми интригами или

бесполезной возней за спиной великого и грозного отца. Единственным, по-настоящему, заметным свершением Его Высочества можно считать только необдуманный штурм

Эбертрейла, повлекший тяжкие последствия, как для эльфов Верхнего Мира, так и для

всех Детей Сумерек. В свою кровавую игру он допускал ограниченный и неизменный

круг приближенных и посторонних из числа придворных или верных «псов» (какую бы

преданность те не доказали) в сокровенные тайны не посвящал.

Так кем же был загадочный наниматель, что требовал от Лебедя убийства Лекса: благодетель Детей Рассвета? Чудом уцелевший Страж Семи Хрустальных Пик? Или

убийца, преследующий исключительно собственные интересы? Если он был эльфом, то

какого рода и происхождения: лесной, солнечный, высокогорный или темный; если

происходил из числа других рас, то кто его подослал – жадные гномы Аскья Ладо, свирепые гоблины Харисумма, затаившие обиду орки Фаруха или, хуже всего, смертные

варвары с далеких северных островов?

Габриэл опустил голову и грубо потер виски пальцами в перчатке. Длинные

широкие рукава роскошного одеяния замерцали