В темноте все кошки серые?, стр. 2
-Александра Сергеевна? Проходите, вас ждут.
Мужчина в официальном сером костюме учтиво открыл передо мной дверь в кабинет. Там сидели еще пятеро. Люди, от которых зависит мое будущее, а именно моя будущая работа. Троих я знаю, лично несколько раз общалась по работе и на парочке неизбежных и необходимых корпоративов. Шеф и руководитель корпорации Борис Иванович, его первый зам Сергей Николаевич, начальник отдела по работе с общественностью Илья Игоревич и еще двое неизвестных. Тоже по ходу какие-то ВиПы. Сидят, смотрят. Буквально натыкаюсь глазами на острый взгляд крайнего справа мужчины. Спортивный, похоже высокий, уверенный в себе, с мальчишечьей челкой задорно падающей ему на лоб. Неожиданно полные, чувственные губы. Смотрит, прямо сканирует, буквально буравит меня глазами. Что он пытается во мне увидеть? Но меня этим не прошибешь. Ты помнишь Лешка, как ты всегда смеялся с вот таких гляделок, когда кто-нибудь на меня так вылуплялся? Как ты всегда говорил, что в такие моменты тебя всегда дрожь пробирает, от моей холоднючей и посланной с высока ответки? Так вот именно так я в данный момент на него и смотрю. Слегка удивленно приподняв правую бровь, сфокусировав свой взгляд на переносице неизвестного и абсолютно не мигая! Не мигать получается на раз-два. Это все из-за линз. Они не дают глазам быстро пересыхать и есть возможность смотреть, не отрывая взгляда и не моргая. Взгляд получается тяжелым и пронзительным. Как ты Лешка всегда подчеркивал – взгляд достающий до печенок! Мужчина первым тушуется и отводит глаза слегка краснея и досадливо закусывая губу. Вот как тебе и надо ибо нефиг! Я тебе не подопытный экспонат! Пусть я и слегка с прибабахом, раз до сих пор общаюсь с тобой Лешка, но выдержки и хладнокровия у меня завались! После твоего то ухода…
-Господа, разрешите Вам представить - Александра Сергеевна, руководитель лаборатории активного вулканизма и динамики извержений!
-Нас троих вам, Александра Сергеевна представлять не надо, а вот эти двое - кивок на двух незнакомцев – прошу любить и жаловать.
- Разрешите представить руководитель нашей будущей экспедиции сейсмолог – океанолог Рязанцев Станислав Георгиевич. Мужчина с которым я только что вела «дуэль» глазами чуть приподнялся в кресле и слегка кивнул мне представляясь.
Черт…, ну вот зачем я пыталась его вывести из себя? Что и кому пыталась доказать? Идиотка! Всегда сперва делаю, а потом думаю. Лешка, ты чего меня не остановил?
-А это его заместитель геолог – геоморфолог Павлюченко Андрей Алексеевич. Второй мужчина тоже приподнялся и приветливо мне кивнул слегка улыбнувшись.
В целом беседа прошла как я и ожидала. Мне предложили место эксперта -вулканолога в намечавшейся экспедиции и так как у меня не было никаких незавершенных проектов и я просто до дрожи мечтала попасть в такую команду, то я моментально и безоговорочно согласилась.. Лешка!!! Я это сделала! Мы это сделали!!
Сердце просто пело внутри от предвкушения такой долгожданной, такой выпестованной и взлелеянной в мечтах работы. Немного напрягала некоторая напряженность, между мной и этим Станиславом, которую я сама по дурости и спровоцировала, но ведь всё в наших руках? Люди всегда могут договориться и прийти к взаимопониманию. Ну или сделать вид, что ничего не произошло и вообще меня тут и вовсе не стояло.
Экспедиция была намечена на апрель и должна была продлиться плюс - минус шесть-семь месяцев, поэтому нам всем, ее участникам было дано время решить все насущные вопросы с работой, уладить все дела с близкими и любимыми. На работе в своем институте я быстро, хотя и с некоторым боем договорилась о восьмимесячном бесплатном отпуске на благо предстоящей экспедиции. Ну а насчет близких и любимых…так они всегда со мной. Лешка, ты же со мной? Ну а более как бы и не с кем согласовывать.
Экспедиция должна начаться восьмого апреля, как символично! Для меня эта дата тоже не фигли-мигли, а мой день рождения. Тридцать лет. Рубеж. Лешка, ты помнишь, как мы мечтали и представляли себя в тридцать лет? У меня почти все сбылось. Я на своем месте, там куда и стремилась – завлаб вулканологии. Ну, а о том что не сбылось, о том «почти» я стараюсь не думать. Сколько мы детей мечтали родить к тридцати? Двоих? Да точно, двоих. Ну что ж, не сбылось. Не все коту масленица. Зато полностью сложилась карьера, как я и мечтала. Вот и буду продолжать именно этим себя утешать. Лешка, ты не подумай, я не совсем крезанутая и вполне отдаю себе отчет, что тебя нет в этой реальности. В этой реальности ты умер. С этим почти невозможно было смириться, особенно потому, что я не видела тебя мертвым, я не хоронила тебя, не шла за твоим гробом, не плакала на твоей свежей могиле. Я все проспала, просто уснула, в тот момент, когда ты еще сидел со мной рядом в машине, весело мне улыбался и проснулась тогда, когда тебя уже просто не было в этом мире. Я Лешка, уже смирилась с твоей смертью, ты уж не обижайся. Но вот пока совсем отпустить тебя не могу, потому, что пока не готова остаться совсем одной. Коллеги и знакомые уже привыкли к моей непрошибаемости и отсутствию желания с кем либо знакомиться и заводить какие либо отношения. Почти все примирились с моей безэмоциональностью и почти асексуальностью, считая это последствием той психологической и физической травмы, что произошла со мной пять лет назад ну или просто общей шизанутостью и стервозностью характера. А впрочем и целом коллеги правы. Особенно те, кто почему то считает, что я их отшила. Как бишь сказал последний «отшитый»? Холодная, бессердечная, фригидная сука? Ну и пусть. Я их не разубеждаю, они просто не знают, что у меня все это время был ты и я не была одна. А может я действительно холодная, бессердечная и фригидная? Лешка? Ты тоже так считаешь?
День тридцатый моей новой жизни.