Балтийская регата. Эпопея Хранителей. Книга1., стр. 61

Третьяковку, поели в хорошем, но совершенно безлюдном ресторане, откуда нас вели какие-то агенты наружного наблюдения из какой-то спецслужбы. Конечно без результатов. Наша ошибка была в том, что в такие рестораны даже в Москве ходили только самые богатые и избранные, их было по пальцам пересчитать. Остальное население получало продукты по карточкам и давно забыло о существовании ресторанов.

Ночевали мы благоразумно на борту «Золотой лани», в другом измерении, которое мы уже давно обжили. Там у нас были и кровати, и продукты, и компьютеры. Там было совершенно безопасно.

В десять часов утра мы уже были в полной боевой готовности. Первый удар мы нанесли по зданиям бывшего и настоящего КГБ. Я сегодня шарахнул четыре заряда половинной мощности. Один за другим с разных сторон зданий. Досталось по два заряда каждому зданию. Заряды влетали в окна и пропадали внутри. Затем очередное здание, раскалённое до бела со всем содержимым, взлетало высоко вверх. Они были настолько прочными, что рассыпались уже в полете в стратосферу Земля тряслась как при семибалльном землетрясении. Грохот вышибал окна вместе со стеклами и рамами в домах в радиусе двадцати километров от эпицентра. Срывало крыши с домов и превращало отдельные стены в груды кирпичей. Конечно гибло не мало людей, не без этого. На месте зданий КГБ образовался котлован тридцати метров в глубину и более двухсот метров в диаметре с абсолютно ровными оплавленными на глубину полуметра краями. Пахло озоном, гарью и омерзительно смердело войной и смертью. Через три минуты первые раскалённые обломки начали падать на город, как лавовые бомбы при извержении вулкана. Сгустки жидкой земли, камня и металла падали в окружности радиусом полтора километра, проламывая крыши домов и разлетаясь огненными брызгами по округе. Такого апокалипсического эффекта мы не ожидали вообще. Мало этого, часть обломков, как показывала защита «Золотой лани», неимоверно фонили. Видимо в зданиях или под ними находился ядерный реактор и теперь радиоактивные продукты заражали всё в округе. Этого мы не учли. Мы хотели нанести ещё удары по Кремлю и Главным Штабам армии и Национальной Гвардии, но теперь решили, что и такого удара вполне хватит. Если они будут продолжать нам мешать, то нанесём дополнительные. Красная площадь, вместе с парком Зарядье, Гумом и Мавзолеем Ленина превратились в один сплошной радиоактивный костёр, перед которым Чернобыльская трагедия меркла совершенно, как мерцание светлячка перед стоваттной лампочкой. Весь центр Москвы превратился в радиоактивную помойку. И в этом ужасе, там, внизу, где всё сильнее разгорался пожар, метались, пытаясь найти безопасное место, тысячи, сотни тысяч людей. Многие из них уже были обожжены и травмированы. Находящиеся на набережных Москва реки кидались в её воды, чтобы спастись от нестерпимого жара и многие там тонули. Если вы считаете, что утонуть легче, чем сгореть, спешу вас обрадовать, вы не правы. Утонуть тоже необыкновенно мучительная смерть, особенно в её последние моменты, когда вода рвёт легкие. Я бы точно не сказал от чего лучше, по мне так лучше сгореть, только чтобы огонь был необычайно горячий, всё быстрее прекратятся мучения.

Даже ужасы Хиросимы и Нагасаки, городов в Японии впервые испытавших на себе атомные бомбардировки в сорок пятом году прошлого века, померкли перед трагедией, которую я, своими руками принёс в этот мир. Вы подумаете, что я кровавый и сошедший с ума маньяк если не сбрендил при виде такой картины. Но вы забываете, что я уже видел последствия пандемии почти во всех самых крупных мегаполисах планеты к этому моменту.

Да, сейчас гибли миллионы белковых тел людей, но за редким исключением тех, кто был в самих зданиях КГБ России, все матрицы душ этих людей сейчас потоком шли на накопители Творцов для перерождений, для вселения в почти бессмертные тела Хранителей, Деструкторов и Искателей, а отдельные счастливчики, которых всегда больше на грядке России, чем где бы то ни было на Земле, сразу шли в бессмертные тела Творцов. Да, это был незапланированный сбор урожая, но на такое количество душ штатных накопителей Творцов ещё вполне хватало. Вот после пандемии матрицы душ вообще пропадали, вот там была настоящая трагедия и конец всех жизней. Там, где улицы Москвы были завалены горами бесполезных и совершенно конкретных трупов людей, многие из которых были только зародышами и младенцами Хранителей, Деструкторов и Искателей.

В этой трагедии, которая разворачивалась перед моими глазами сейчас была, как это ни жутко странно, великая победа жизни над окончательной смертью. Многие миллионы душ людей, умиравших белковых тел сегодня, уже через несколько минут после смерти тел, понимали, чего они избежали на самом деле. Здесь и сейчас добро и зло, тесно переплетаясь в танце жизни и смерти, переходили одно в другое и наоборот. Поэтому не надо меня судить за добро и награждать за зло. Всё в этом мире существует в борьбе и единстве противоположностей и не всегда первое впечатление верно и не обманчиво, скорее наоборот.

По секрету открою вам тайну тайн великих. Её мне нашептали на политинформациях коммунисты-помполиты в долгих рейсах по всему свету белому, да первые помощники капитанов. Нет, не путайте со старпомами, старпомы те отродья хамские, но дело свое разумеющие, делающие все профессионально и правильно, почти капитаны. Помполиты да первые помощники - это балаболы, несущие чушь под правду замаскированную, правду пролетариата в эти самые широкие массы последнего. Мы открывали последние тайны морей, искали затерянный остров Подеста, а взамен открывали подводные горы и, в дури своей неуемной, называли их именами любимых. Осадили нас по приходу. Сдали мы свои кроки, свои выстраданные промеры глубин на краю Ойкумены. Получили взамен карты точные от картографов умных, а на картах нет имен наших, что мы горам да поднятиям давали. Мудрые люди коммунисты были, они везде совали свой нос и похерили имена наши да назвали подводные горы именами великих вождей пролетариата, тех, что и принесли на Землю тайну великую до неизбывную. Чтоб людям жить в счастье, да без голода надо сначала их поубивать, да не мало, а ровно столько, чтоб оставшиеся в страхе своем перед теми, кто убивает, не перечили и общими стройными рядами шли к недостижимому светлому и прекрасному далеко. Дивился я мудрости великих, но не перечил, пока и надо мной и семьей моей не замаячила эта самая курносая с косой. Опомнится от морока вовремя успел, увёз всех своих на край света, подальше, к тем берегам от которых всего ближе были те самые подводные горы, что названы и