Плащь, Кинжал и автомат Калашников, стр. 21
Как разбить окно без рогатки?
В одном далеком городе, на месте заброшенной
промзоны, вырос офисный центр. Там были, в основном,
банки и всевозможные конторы, и на самой окраине еще
остался заброшенная пивоварня эпохи большого кризиса.
Престарелый хозяин в деньгах не нуждался, а пивоварню
не хотел продавать, потому что она ему напоминала о
бурной юности. Именно на этой пивоварне он увеличил
свой капитал в несколько раз, позиционировав её в
документах как прачечную, но производя на ней
ассортимент продукции для бутлегеров.
И в этом самом офисном центре пребывало некое
стеклянное здание, прозванное горожанами "Башня". Это
был семиэтажный параллелепипед, построенный,
казалось, целиком из стекла.
Так вот, одной союзнической структуре позарез
понадобилось, чтобы в начале любого рабочего дня, но в
течение ближайшего месяца, полностью разбились стекла
в одной конторе на пятом этаже, и разбились бы,
желательно, по естественным причинам. Сами они не
справлялись, и поэтому наши прислали им группу
поддержки.
Итак, первым делом были нужны мысли по методике
борьбы с остеклением и, естественно, повод для
официального доступа к этим стеклам.
Геноссе Тэ, прозванный так за не детскую любовь к
Die Sovietischе Tokarew TT-33 Pistole, (или, как там будет
правильно, на дойче мове), предложил инициировать в
окрестностях здания перестрелку, и в её процессе
случайными пулями выбить нужные стекла. Геноссе Тэ
всегда таскал с собой пару ТТэшек, для конспирации
перебив советские номера и клейма на китайские, и
грубовато их зачистив. А сам из двух стволов с
пятидесяти метров за пару десятков секунд клал в
мишень, величиной с донышко стакана, все 18 патронов.
Отсутствие предохранителя и самовзвода Геноссе Тэ
считал, скорее, положительными качествами, а на
разговоры о возможных осечках следовала отповедь, что,
мол, за патронами надо смотреть. Так что, его
предложению никто не удивился, но в серьез его не
приняли. Как объяснил ему присутствующий здесь
эксперт из команды присланных на помощь товарищей,
такие стекла, как на том доме, можно разнести только из
пулемета, а вот с помощью химии, так вполне.
И тут старший товарищ спросил: "А обязательно
разбивать окна только на одном этаже?". И, сделав
поистине Качаловскую паузу, пояснил: "А давайте
грохнем все стекла в этом домике!"...
И народ, выразив должное восхищение товарищу
майору (от слова maior - старший), приступил к
разработке методик и поводов.
Разбор поднятой по району информации дал
следующие интересные факты. Не так давно, наконец,
преставился старый бутлегер, и его наследники с
радостью продали его пивные пенаты, и инвесторы как
раз сейчас объявили тендер на снос, но рамки
"технические условия - цена" никак не устраивали
договаривающиеся стороны. Подрядчиком было сложно, а
заказчикам -дорого. Тут оживились сразу двое
сотрудников братских структур и заявили почти в унисон,
что тихо и аккуратно грохнуть такой комплекс системой
микровзрывов - это не вопрос. И тут майор подал еще
одну мысль, что, мол, пылищи-то от этого будет о-го-го, а
Башня как раз рядом, и её потом обязательно будут
отмывать, только вот надо сделать так, чтобы пыль
обязательно была, так сказать, погуще. И как раз тут
можно будет легально применить некие химические
средства, которые будут гораздо мощнее рогатки и
гораздо, в данном случае, функциональнее пистолета
"Тульский Токарев".
Время еще терпело, так что, сделать необходимые
документы, подтянуть специалистов, доставить химикаты,
найти фирму, которая смогла бы представить нужные
возможности и.т.д., удалось к самому спеху. В том числе
успели закупить сотню-другую мешков цемента,
которыми декорировали шурфы с микрозарядами.
И вот наступил день взрыва. Дабы не срывать работу в
близ лежащих конторах, - это была суббота, за
оцеплением, естественно, стояли толпы любопытных, но
первоначальный эффект их не сильно порадовал. Сначала
по стенам побежали огоньки и дымки, протуберанцами и
облаками вздыбилась пыль, потом здание пивной стало
оседать, и когда оно уже почти подрасползлось по земле,
что-то там внутри громко протрещало, и пыль
взметнулась еще выше, закрывая все на десятки метров
вокруг. Ближние здания в офисном центре сразу потеряли
лоск и вид, но особенно это было заметно по Башне.
С мытьем окон Башни решили вообще все
элементарно. Фирме, занимающейся наружной мойкой
витрин, предложили в рекламных целях некий состав, не
только не взяв за него денег, но и приплатив, и обязав при
этом хозяина мойщиков принять в бригады специалистов-
инструкторов от производителя моющей жидкости.
Именно представители лично наполняли баллоны
спецопрыскивателей и учили ими пользоваться
мойщиков. Понятно, что это был не простой состав, да и
представители туда кое-чего при заправке добавили.
Теперь чтобы хитрая химия сработала, нужна была только
вода, но минимум через десять часов. Мойщикам было
честно сказано, что для успешности технологии натертую
составом поверхность надо полить самой обычной водой.
И вечером в воскресение данное действо было выполнено,
а ровно в восемь ноль-ноль утра по местному времени со
стороны Башни пошел громкий треск, переходящий в звон
- это трескались и падали многочисленные стекла на всех
этажах. Разум снова победил сарсапариллу.
Зачем нужны были эти разбитые стекла - не скажу, ибо
сам не знаю и совсем об этом не жалею. Ибо большие
знания - это, как правило, не меньшие печали.
Логистика велогонок, для Доктора Маньяка
В одной средней величины банановой республики, внезапно наступила демократия. Диктатор добровольно передал власть народным избранникам. Был выбран парламент, в парламенте выбрали премьера, но вот силовые министерства сохранились за бывшим каудильо. Он совместил портфели министра внутренних дел, а это было для тех мест покруче любого парламента.
Все эти демократические новации наступили по настойчивому желанию заокеанского Старшего брата. В пригороде местной столицы был расположен международный медицинский институт, который занимался разными интересными проектами, как бы сказать не для общего пользования, а в республике нарастало левое сопротивление, что было чревато беспорядками и возможной сменой власти и, следовательно, представляло опасность для Института. И по сему тут наступила демократия. Но как вы понимаете, были и другие силы, которые помогали тем, кто считал, что Карл Маркс лучше Рокфеллера, и у сторонников этих сил был свой лидер - доктор Маркадос.
Он возглавлял свежеобразованную партию Прогресса, на самом деле состоящую из сторонников запрещенного движения "Красные мачете" и имел в парламенте 12 %, которые на ближайших выборах могли резко увеличиться. Это естественно не нравилось ни Каудильо, ни его хозяевам, а так как политическое убийство отпадало из за выборов, наймиты Мирового империализма составили коварный план...
В соседней стране, две сестры-близняшки, обвинили доктора Маркадоса в том, что три года назад, когда он там был на медицинской конференции, то заманил несчастных невинных девушек-подростков к себе в номер, где зверски надругался над ними, запугал, а потом еще раз надругался (То, что доктор был там с женой в расчет следствием не принималось). Больше того, девушки сохранили одежду, в которой над ними надругивался Айболит, ставший Бармалеем и на ней, были обнаружены, его, так сказать биологические следы. На Маркадоса быстро завели дело и стали требовать его выдачи, на что местная юстиция с радостью согласилась, доктора заарестовали и стали ждать фельджандармов из сопредельного государства,