Плащь, Кинжал и автомат Калашников, стр. 10
Р.S. Война в этом регионе так и не началась. Уж слишком жарко там воевать.
Р.S.S. Ни одна мулатка в процессе продолжения данной операции не пострадала.
Фрукты и наемники
Это были времена краха колониализма (по крайней
мере, так это называли замполиты на политинформациях),
и надо сказать, что по всей Африке, колониализм,
действительно, накрывался медным тазом. Ну, а так, как
геополитика не терпит вакуума, то тут, то там на
освобожденном континенте возникали молодые
государства, причем, иногда из одной бывшей колонии их
получалось по несколько штук. Естественно, силы
империализма и социализма желали, чтобы новые
географические образования принимали правильную
идеологию. И боролись эти силы за превосходство оной
идеологии любыми, или почти любыми методами. Вот
один случай подобной борьбы.
В помещение консульства Великой державы,
находящемся в столице свежеобразованной и почти
выбравшей путь социализма, но колеблющейся, стране
(назовем её Эмбу), проходило совещание.
Молодой консул несколько нервничал, так как в
шифровке из МИДА было приказано пресечь
империалистическую провокацию, организовать
противодействие оной и оказывать всяческое содействие
товарищам, привлеченным из других департаментов. В
совещании, помимо консула, участвовали советник по
культуре, военный советник, начальник торгпредства и
начальник геологоразведочной экспедиции
А ситуация была следующая... Соседняя страна, назовем
её для разнообразия Авердэ, официально объявила о
желании строить Социализм по Советской модели.
Империалисты, естественно, решили устроить
интервенцию и двинули к границам новой колыбели
социализма разношерстые войска, в кадровом диапазоне
от изгнанных коллаборационистов до белых наёмников и
племенных формирований включительно. У границ их
встретила молодая революционная армия, густо
сдобренная танками Т-34 и пистолетами-пулеметами
ППШ, и наступил в определенной степени тактический
коллапс.
Но вдобавок задумали враги какую-то особую гадость, но
разведка доложила точно и про эту гадость. Сейчас
докладывал главный геолог, и докладывал он
следующее...
Пока армия Авердэ держала границу, империалисты
наняли армию наемников числом под тыщу штыков (для
тех мест и лет это была очень серьезная сила). И эту
армию они решили переправить морем, ибо берег
практически не оборонялся, тем более, десант будет
сопровождать эсминец с матрацем на флагштоке, и
погружаться на десантное судно он будет именно здесь, в
Эмбу, и нигде, как в гавани этого города. И эсминец этот
уже болтается в нейтральных водах, и дня через три
придет пароход за наемниками, и сами наемники вот-вот
начнут марш от границы под видом то ли волонтеров
Корпуса мира, то ли еще чего-то подобного. А хорошие
корабли под краснозвездными бело-голубыми флагами,
будут только дня через четыре, не раньше. И так , как
местной армии практически не существует, наша задача,
товарищи, не дать наемникам выйти из порта в течении
минимум пяти дней, и отдельно обуславливалось, что
любые виды прямых военных действий против наемников
недопустимы, так что предложение геолога - пустить
транспорт с наемниками на дно, было отвергнуто (с
сожалением). Вот такой был приказ из Центра.
Мозговой штурм дал следующие решения: реально
можно выполнить приказ только заблокировав дороги от
границы до порта. Железная дорога уже давно не
функционировала ввиду частичного отсутствия рельс и
шпал и полного отсутствия подвижного состава. Но
старое колониальное шоссе еще действовало, его-то и
следовало перекрыть, и перекрыть наглухо.
Тут как раз принесли свежую радиограмму, где
говорилось, что, во-первых, наши корабли будут именно в
установленное время, а наемники едут на автобусах под
видом гуманитарной колонны, и что все тяжёлое оружие
ждет их на корабле, а с собой нет даже пулеметов.
Советник по культуре выругался малым боцманским
загибом и пробормотал, что жалко, что из кавалерии из-за
холмов будут только корабли. При этих словах все
присутствующие покосились на ростовой портрет Карла
Маркса, висевший на стене кабинета консула. Карл Маркс
был, в принципе, похож и даже берет Гевары и излишне
негроидный нос его не портили, но вот то, что он был на
коне и держал в руке ППШ, вводило некоторый
художественно-культурный диссонанс. У всех неофитов
данный портрет вызывал эмоции, причем, у людей
нормальных он вызывал смех, а у ханжей и карьеристов -
фальшиво-показное негодование. Но тут была одна
тонкость...
Автором этого эпического полотна был единоутробный
племянник местного президента, который был
поклонником Дали и Грекова, и был у дядюшки любимым
родственником, и, так сказать, лицом режима, мол,
видите, у меня племянник не с гранатой и автоматом, а с
мольбертом и кистью.
Так что, когда самые глупые визитеры из Центра
требовали убрать бородатого буденовца со стены, консул
сразу же жаловался президенту, что не может расстаться с
бессмертным творением нового Давида, президент
хватался за "вертушку" и убирали не картину, а ретивого
чиновника (в смысле - отзывали).
Данная область при колониализме славилась, как
житница всевозможных цитрусовых и плантаций, - оных
было тут чуть ли не больше, чем джунглей, но после
сброса колониальных оков, освобожденный народ
несколько повредил инфраструктуру, и в первую очередь
два - консервных комбината, после чего урожаи стало
просто некуда девать. На спиртные напитки уходило не
больше десяти процентов, на робкий экспорт - еще
столько же, а вот куда остальное девать. И народ
потихоньку зверел.
И тут начальник Торгпредства мечтательно произнес, что,
мол, ведь созрел очередной урожай, и будь сейчас время
большой фруктовой ярмарки, дороги были бы забиты, и
тут же получил восхищенный тумак от военного
советника, и был оглушен радостным воплем геолога:
"Молодец, ботаник!"
И идея стала обрастать мясом. Итак, что мы имеем...
А. Созревший урожай.
Б. Кучу народу желающего его продать.
В. Отсутствие спроса.
Г. Порт, куда ведет единственная дорога, которую и надо
перекрыть.
И вывод был единственный. Во-первых, пустить слух о
том, что в порту будут покупать фрукты, а, во-вторых,
этот слух подкрепить. Для служилого и думающего
вдобавок человека самое важное - четкий приказ и рамки
инициативы выполнения оного, тут все это
присутствовало, и, следовательно, процесс пошел.
Слух был сформирован и ушел в массы в строго
рассчитанное логистами время, и массы забурлили, ибо
информация была, ну, очень горячей.
Слух был сложен из следующих фрагментов:
Какая-то фруктовая компания срочно решила купить
много дешёвых цитрусовых. В порт придут пароходы за
фруктами. Но сначала придет пароход с деньгами. Нет,
пароход с деньгами придет позже, но обязательно, когда
посчитают расписки за принятый товар. Фрукты будут
принимать на складах в порту, и выдавать расписки,
которые будут позднее оплачены на специальном белом
пароходе. Нет, для фруктов будут специальные суда.
И.т.д. и.т.п.
Главной информацией было то, что в порту будут
принимать фрукты, что примут только у тех, кто успеет и
деньги привезет белый пароход по имени "Анжелика".
Надо ли было уточнять, что именно на этот корабль и
собирались грузиться наемники? Разведка тут опять не
подвела.
Центр не только одобрил план, но и стал периодически
сбрасывать ЦУ по его выполнению и оказывать помощь.
Были строго регламентированы супердемпинговые цены и
общий объем цитрусовых, на который максимально
можно было выдать расписки.
По ночам пару раз прилетели самолеты из сопредельных и
не очень государств.
А в порту появились непонятные люди в белых
комбинезонах и оранжевых касках, наняли сотню
портовых работяг, одуревших от безделья и безденежья, и
стали красить в бело-оранжевый цвет ржавый
заброшенный "Либерти"*