ТАИСИЯ И ТАЙНА МАЛЬТИЙСКОГО ОРДЕНА, стр. 12
- Балбесина ты, Вань, здесь крупнее пескаря ничего не водится!
- А вот и неправда! Мне дед рассказывал, что они окуней и подлещиков вытаскивали!
И Иван невозмутимо закинул леску.
- Ага! Во времена царя Гороха здесь еще и мурены водились!
- Смотри лучше на поплавок, а то поклевку проворонишь! И вообще, цыплят по осени считают!
Прошел почти час, но, вопреки прогнозам, никакая рыба не клевала. Никому из друзей гордость не позволяла первому признать поражение. Однако бесцельное сидение тоже не входило в их планы!
Неожиданно Ваня сказал:
- Слушай, а что мы тут с тобою паримся? Пошли-ка на старую мельницу! Я слышал от местных пацанов, что там классный клёв! Целое ведро натаскаем! Только там огорожено и никого не пускают. Но, думаю, в такой дождь сторож спит и не высунется.
Сказано - сделано, и через несколько минут наши герои уже шагали по мокрой тропинке, которая вскоре привела их к высоченному забору.
Удивительная рыба
- Ну, и что мы будем теперь делать? - мрачно спросил Тима.
- Древняя мудрость гласит, - торжественно провозгласил Ваня,- если есть забор, то должна быть и дыра!
И, простукав несколько досок подряд, он торжествующим жестом отодвинул одну из них, пролез за забор и, склонившись в глубоком реверансе, произнёс: «Вуа-ля!».
Тима, сопя, поскольку весь груз снастей лежал на его плечах, осторожно протиснулся в дыру. Друзья оказались на небольшой площадке, покрытой кое-где редкой растительностью. За невысокими кустами тальника виднелся крашенный синей краской домик сторожа.
- Ну, что я говорил?! - промолвил довольный Иван.
И дело пошло!.. Никогда ещё мальчишки не видели такого клёва!
Рыба как будто только того и ждала! Не успевал один снять с крючка увесистого окуня, как у другого тут же начинало клевать.
- Это просто праздник какой то! - восторженно прошептал Тима. - Странно, что я до сих пор ничего не слышал об этом месте.
- Ну, кто же тебе рыбные места показывать будет! Это только мне, под большим секретом, рассказали, а уж я с тобой, по дружбе, поделился.
Постепенно ведро и садок наполнились отборными рыбинами. Друзья, уже с презрением, бросали обратно в воду попавших на крючок мелких рыбёшек. И после недолгого препирательства, они решили отправиться домой. Усталые, промокшие, но ужасно довольные, ребята благополучно пролезли в дыру и, приладив доску на место, поспешили в сторону деревни.
- Тут и на уху, и на пирог хватит! - восторженно восклицал Ваня.
- Просто пожарить тоже вкусно, - вторил ему, глотая голодную слюну, Тимка, - знаешь, как бабушка вкусно готовит рыбу? С луком с картошкой…..
- ААА! – завопил вдруг Ванька, - смерти моей хочешь? С утра маковой росинки во рту не было!
- Ну, потерпи, недолго осталось.
И друзья прибавили шагу. Они уже почти дошли до поворота на свою улицу, как вдруг, им навстречу, как чёрт из табакерки, выскочил неугомонный Колька. Он был предводителем местных пацанов, или «аборигенов», как презрительно называли их приезжие. Те отвечали таким же презрением, но до открытой вражды дело не доходило. Ограничивались мелкими пакостями с обеих сторон не приносивших, однако, никакого урона. Между собой стороны поддерживали дипломатические отношения, находясь в состоянии холодной войны.
- Здорово, пацаны! С рыбалки идёте! - ехидно спросил Колька, протягивая руку.
- Здорово, Колян. Да-а, посидели немножко, - с деланным безразличием, пожимая протянутую руку, ответил Ваня.
- Знатный улов! Уж, не за старой ли мельницей ловили?
- А ты откуда знаешь?
- Да в нашей речке давно такие окуни не водятся. И как вы только Савельича уговорили?
- Мы его и не видели, он спал, поди, в своей сторожке.
- Вот это повезло! Не всякому такая удача выпадает. Ну, я побежал - дела. Приятного аппетита!
- Что это было? - спросил изумлённый Тима, - С чего это он такой вежливый?
- Завидует! В одном он прав: удача любит смелых!
И, попрощавшись у ворот Ванькиного дома, друзья расстались, договорившись встретиться вечером.
Минута славы, или Кошкины слёзки
Добравшись, наконец-то, до дома, Тимур почувствовал, как он устал. Но сделал над собой последнее усилие: аккуратно переложил рыбу крапивой и поставил ведро в сарай. Осторожно приоткрыв скрипучую дверь, Тима крадучись пробрался в сени. Скинув на пол промокшую одежду, он с таинственным видом проскользнул в дом… Разочарованию не было предела! Никого! Сюрприз не удался! На кухонном столе одиноко белела записка:
«Тимур! Обед на печке. Обязательно помой руки и надень шерстяные носки. Я ушла к тёте Нюре смотреть «Минуту славы». Родители уехали к Никитиным в баню, тебя не дождались.
Твоя бабушка.»
- Минута славы ей! – ворчал Тимур, надевая носки. – Вон она, минута славы, в сарае, крапивой переложенная! Восемь килограммов за какие-то сорок минут! Хоть съёмочную группу приглашай! Она к тёте Нюре поперлась! А любимый, единственный внук пропадает в безвестности! Безобразие!
Продолжая бурчать себе под нос, Тима подошёл к печке, приподнял крышку заботливо укрытого бабушкой чугунка. Тут он почувствовал приступ голода и забыл обо всем на свете. Бабушка сделала на обед гречневую кашу, а к ней тушеное мясо в сметанном соусе с грибами, от одного запаха которого у Тима потекли слюнки. Он вооружился ложкой и жадно принялся хлебать прямо из кастрюльки. Несостоявшийся рекорд Гиннеса как-то незаметно отошёл на второй план, а раскрасневшийся и сытый Тимур запил проглоченную еду из носика чайника (что ему было также строжайше запрещено) и уже через полчаса мирно похрапывал на диване, укрывшись очередным романом про хоббитов.
Сладкий послеобеденный сон был прерван шумным приходом друга Вани, взбудораженного какими-то новостями.
- Ты это…. Ну… с рыбой уже что-нибудь делал?
- Нет, а что? Она в сарае лежит.
- Понимаешь… Она того, порченая что ли…. Ну, пахнет как-то странно!..
- Что значит «пахнет»?
- Не врубаешься, что ли? Воняет она! Да еще как! Будто запах из сортира!
- Да у нас биотуалет, - проговорил всё ещё не до конца проснувшийся Тима.
- Это у вас биотуалет, а у нас нормальный сортир, и я знаю, как оттуда пахнет! – не хотел признавать плоды цивилизации Ваня. – Так вот рыба