Unknown, стр. 52
-- Не переживай, Паша. Свое задание ты выполнил. У твоего шефа не может быть претензий. Да и с нами не может ничего случиться.
-- И куда мы? – обрела дар речи моя подруга.
-- Отметим поездку сегодня, а завтра отправимся по домам. Как тебе небольшая вечеринка, Татьяна?
-- Я не против. Я скорее даже за…
-- Вот, слышал? Тебе твой Алексей Дмитриевич давал задание с нами в ресторане сидеть в Москве? Нет. Вот и сопровождай груз, раз он так велел. Пошли, Таня. Сейчас такси возьмем…
-- И куда мы направляемся, можно узнать? – спросила меня подруга, когда уже сели в машину. – Что ты задумала?
-- Я обещала тебе свою новую квартиру показать? – назвала таксисту адрес и вновь повернулась к ней. – Теперь самое время. Тем более, что совсем рядом.
-- Теперь самое неподходящее время, если дорожишь отношениями с Кругловым. Подумаешь, он не позвонил и не приехал тебя встретить. Он действительно мог быть очень занят. Разве нет? А ты, сама, позвонила? То-то и оно. Гордость не всегда хороший подсказчик. Наше же женское дело какое? Не знаешь? Объяснить?
-- Прекрати. И так настроение никуда не годится. Хоть ты меня пожалей.
-- Я всегда на твоей стороне, Маша. Только иногда ты бываешь… упертой бываешь. И это мягко сказано.
Дальше мы долго ехали в молчании. Только когда стали подъезжать к тому микрорайону, где я купила квартиру, Татьяна оживилась, стала с интересом все рассматривать и задавать мне вопросы.
-- А мне это место нравится. Дома такие красивые. Район зеленый. Твой дом во сколько этажей? Такая же башня, как вот этот? А этаж какой? Разве ты мне раньше говорила? Не помню. Знаю, что три комнаты и большая кухня. Я еще тогда тебе вся обзавидовалась.
-- Вот здесь остановите. Спасибо. Давай в магазин быстренько зайдем, а то у меня там только совсем пустой и даже неподключенный холодильник стоит. В подъезд мы входили со своими чемоданами, и у каждой по пакету с провизией. Вызвав лифт, зашли туда, закатили багаж и нажали кнопку предпоследнего этажа.
-- Вот это квартира! – замерла Татьяна уже в коридоре.
-- Ты же еще ничего не видела. Сначала все обойди, потом станешь оценивать.
-- Мне уже все нравится. Ой, здесь даже мебель есть.
-- Да. Кухню обставила и спальню. Дальше видно будет.
-- Здорово!
-- Ты располагайся, а я пойду приготовлю чего-нибудь по-быстрому.
Хозяйствовали мы с ней вместе. Поэтому и стол накрыли в один момент. А как это сделали, так и сели, чтобы отметить «новоселье».
-- Чтобы этот дом был полной чашей, и в нем всегда царила радость! – провозгласила подруга и выпила свою рюмку.
Только я поднесла к губам свой бокал с вином, как ожил мой мобильный.
-- Кто? – встрепенулась Татьяна, вытянув шею, чтобы рассмотреть экран телефона. – Он? Только будь, пожалуйста, помягче. Не затевай ссору.
Дальше она замерла в готовности слушать, о чем станем говорить.
-- Да. Хорошо. – это все, чем могла ее порадовать.
-- Ничего не поняла. Как у вас прошел разговор? – произнесла, как только заметила, что я нажала отбой.
-- Вот так и прошел. Ты же слышала. – Вздохнула и отложила мобильный в сторону.
-- Ничего я не слышала. Ты можешь толком сказать?
-- Сказал, что сыт мной по горло. Что сейчас ему некогда со мной разбираться. Что, как приеду домой, должна ему позвонить.
-- Так. Дела…
-- А ты говорила: молодожен.
-- Говорила. Он и был… И еще заботу о тебе проявлял. Сам доставил в аэропорт. Пашу с нами откомандировал. Ведь, правда же, тот нам здорово помог! Да и потом, что ни говори, а машину за нами прислал. Должно быть…
Она еще много чего говорила, а я сидела и молчала, уставившись в одну точку.
-- Ты, что, окаменела? Маша, очнись. Я с тобой разговариваю.
-- Что ты сказала?
-- Вот, вот…
-- Знаешь, Таня, он из тех мужчин, которые никогда не остаются одни. Рядом с ним не бывает пустоты. И еще… Да, что там говорить…
-- Нет, уж ты давай, говори. Помнишь, в прошлом году, в апреле, на твой день рождения, что ты мне сказала? А я помню. Ты говорила, что не для тебя он, что вокруг него много моложе девчонок… И что я увидела в этом году? Нет, между вами что-то есть, определенно.
-- Не знаю. Ничего я не знаю. Мне так плохо сейчас, Таня.
-- А ты? Маша, как ты к нему относишься?
-- Мне страшно. Мне любому доверять теперь очень сложно. А тут Круглов. Знаешь, что сказал Валерка, когда понял, что у меня с ним что-то есть?
-- Это твой друг, что ли? Тот, с автомастерской? Слепаков? И что сказал?
-- Зачем, говорит, тебе это надо? У него, сказал, бабы не переводятся. Вот и сейчас, Таня, меня не было неделю, и это значит, что рядом с ним уже может быть новая …
-- Не выдумывай. От тебя этого совсем не ожидала. И потом, знаешь, я совсем не наблюдала, чтобы ты ему звонила, напоминала бы о себе, о своих чувствах к нему.
-- Почему? Звонила. Из аэропорта, когда приземлились в Китае. Потом еще говорила с ним…
-- Это когда он позвонил тебе где-то на третий день? Но ведь не ты же… Что ты теперь хочешь?
-- Ты просто его не знаешь. Алексея этим всем не удержать. Да я и не стану. Пусть остается вольным.
-- Вот, вот. И поговорили…
Спать мы в тот вечер легли рано: и с дороги устали, и переживания настроения не сделали, и еще сказалась разница во времени с Китаем. Проснулись тоже ни свет, ни заря. Чуть ли не с первыми петухами. Но чувствовали себя бодро. Оттого и решили собраться и отправляться в путь. Я вызвала такси, и мы поехали. А ближе к обеду прибыли в наш с Татьяной родной город.
У родителей я гостила только один день. На второй собралась домой. Папа вызвался меня отвезти. Еле уговорила его не делать этого. Ведь был будний день, и завтра ему надо было рано вставать на работу. До города спокойно добралась на рейсовом автобусе, а потом уже взяла такси. И вот, наконец, доехала до своей деревни. Похоже, что эти дни дождей там не было, оттого и дорога подсохла так, что мы смогли подъехать к самому дому.
За мое отсутствие ничего особенно не изменилось. Только на клене, что рос около калитки дома Клавдии Степановны, прибавилось желтизны в листьях.