Океан уходит, океан приходит (СИ), стр. 89

Она как будто снова знала, что увидит. Обрывки ткани в луже крови, блестящей и густой, подошвы липли к ней… Но посередине… Полуобглоданая, но все же узнаваемая человеческая рука. Но не та, не та рука, слава богу, слава всем богам, слава не понятно кому, неважно, это не та рука, не та!

В тот момент она даже не задумалась о том, что это, по меньшей мере, ненормально, видеть перед собой такое и радоваться. Радоваться, когда вокруг…

Раззявленная пасть очутилась перед Нали. В следующее мгновение она оказалась на полу, когти скользнули по плечу… но честь и хвала этой супер-прочной сьюмовской форме, хоть где-то от нее толк… Налия откатилась от запузырившейся на полу слизи, и тут же Золлан резко вздернула ее на ноги.

Бег, бег, бег. Казалось, что они не выживут в этом марафоне, в темноте, в катакомбах центра, свой фонарь, конечно же, Налия потеряла, а тот, что был у ее коллеги, погас, и кажется, что сомы совсем близко. Конечно, они не столь проворны, но темнота всегда приумножает ужас, ей кажется, что трихосомусы повсюду: позади, впереди, по сторонам. Желудок корчится, и как хорошо, что они сегодня ничего не ели! Хочется упасть и сжаться в комок, чтобы все это, наконец, закончилось, но, к счастью, ноги не подводят, и, словно отдельный организм, несут ее прочь, прочь. Вот и лифт, чудесный, славный лифт, и как только дрожащие руки нашли нужную кнопку…

− Это была не она! − ее радость сейчас совершенно не к месту, но… Хочется упасть, нельзя, скоро спаситель-лифт встанет, и снова − бежать, бежать… Блок «Т», синий…

− Сволочи! − вдруг произнесла Золлан. − Двуличные сволочи!

В другой бы ситуации Нали бы посмеялась: как-то странно называть сомов сволочами. Да еще и двуличными. Возможно, просто нервное. Но сейчас ее мысли только об одном.

Блок «Т», синий…

Почему-то теперь она словно знает, куда ей бежать.

***

Охранник чуть слышно застонал, приходя в сознание, и Зи-Эл раздраженно вырубил его, ударив сапогом. Они задерживаются. Проклятье, они уже прилично так задерживаются.

«Сто процентов, она что-то успела натворить. Убил бы».

Голос в его голове, тот самый, что иногда был похож на его собственный, но какой-то искаженный, а иногда на голос Зелвитт – Зил ненавидел оба варианта, но изгнать их из своей головы не мог, – рассмеялся:

− Вы уже и так вломились в Центр. Втроем. Что еще безумнее можно сделать?

«И действительно. Но все равно убил бы».

И в этот момент с дороги послышался шум моторов. Пока что вдалеке. Горизонт был полностью чист, но, определенно, к Центру приближалось несколько автомобилей. А то и несколько десятков. Хорошо, когда у тебя отменный слух…

«Всегда узнаешь заранее, что тебе конец», − закончил он мысль и криво усмехнулся.

Рассчитывать на то, что какая-то праздная компания на машинах решила проехаться мимо Центра поутру, бесполезно. В Сьюме не бывает праздных компаний. Он сам еще совсем недавно бы не понял подобного словосочетания.

Вот и все. Но ведь это было понятно с самого начала. Что им конец. Это был лишь вопрос времени. Рация на поясе тревожно мигает оранжевым глазом. Кто-то из их отряда, но предупреждения уже не требуется.

Всего три вещи нужно сделать. Природный портал. Найти и отправить, наконец, это существо туда, откуда оно явилось. Давно надо было так сделать, но кто же знал, что эти головотяпы из Центра умудрились прозевать «странниковскую лазейку» прямо перед собственным носом?

Это первая вещь.

А вторая… Прежде чем его схватят или убьют, он надеялся дорого продать свою жизнь. Естественно, они будут стараться взять его живым. Еще бы, один из лидеров Верхнего отряда, и вдруг замешан в укрывании странников, в разжигании революции, и это лишь малая часть его преступлений. Конечно, им захочется узнать все детали, и лишь потом его казнят, торжественно, с трансляцией на всю страну. Налия почему-то была уверена, что такое тут происходит каждый день, но на деле, эукторы и крупные преступники перевелись в Сьюме уже лет двадцать как.

Зил также надеялся, что верхушка Центра, те самые люди, до которых он жаждал добраться, тоже явятся сюда. Хотя бы Роззен.

− Я уже в курсе, Залн, − ответил он. Голос его был спокоен. А что, когда понимаешь, что все кончено, то остается только действовать.

Последние распоряжения на пока что занимаемой должности. Если получится, будет только одна торжественная казнь. Нет, без жертв, конечно, не обойдется, никто не поверит, что он действовал в одиночку, но крошечный шанс имеется.

− И если у тебя выйдет остаться непричастной, Залн, − продолжил он, игнорируя все слова коллеги. − Я желаю тебе удачи. Ты будешь прекрасным лидером Верхнего отряда.

Трубку об асфальт. Несколько раз наступить на нее ботинком. Расшвырять ее осколки в стороны. Когда сюда явятся сьюмменсы, они тут все разнесут, может и не найдут ничего. Что еще?

Типы у бассейна видели Золлан и Налию. Очнутся не скоро, но зачем оставлять лишних свидетелей?

У него не больше пяти минут. А их все нет. Придется еще и разыскивать самому.

«Найду, убью и отправлю домой».

***

Что-то всегда случается со временем, когда ты в опасности. Иногда оно растягивается, и секунды тяжелы, словно гири, песок в часах обращается дымом, что клубится наверху и не желает стекать вниз. А иногда – бежит, словно загнанный зверь, и ты, как бы ни старался, не можешь его догнать.

Время неслось, когда они с Золлан мчались к блоку «Т». И оно тут же тормозило, стоило им услышать где-то шаги, и им тоже приходилось останавливаться вместе со временем. Проходило несколько мучительных секунд, прежде чем они понимали, что все в порядке и что можно двигаться дальше.

Время остановилось снова, когда, уже на подходе, весь Центр, казалось, взорвался от истошного вопля сигнализации.

Раздался топот ног. Золлан, опомнившись, схватила Налию за руку.

− Наверное, обнаружили, что подвал открыт… Надо, чтобы все с этого этажа ушли.

В небольшом подсобном помещении, столь удачно подвернувшимся им, они стояли, напряженно вслушиваясь. Мимо пробежали, один раз, второй. Сигнализация все не замолкала. Налии хотелось зажать уши, но вместо этого она лишь сильнее вцеплялась в руку Золлан.

− Нали, − вдруг прошептала та. − Я кое-что прихватила из подвала. Пока мы шли… Пока не увидели… этих. Какие-то документы.

Мимо их укрытия снова прогрохотали тяжелые шаги.

− Не думаю что тут что-то важное, иначе бы это не валялось так открыто… Но вдруг… К тому же, не так много народу имело доступ в эти подвалы… Я работала тут три года, и все равно не знала… Я понятия не имела… Я думала, что мы ищем эукторов,