Океан уходит, океан приходит (СИ), стр. 82

− Просто поверь! − Налия неожиданно срывается на крик. − НАМ НАДО попасть в эти чертовы подвалы!

У Золлан удивленно расширяются глаза.

− Но слушай, мы туда не попадем, доступ есть лишь у Роззен и… Ох, да что с тобой такое?

− Просто поверни этот сраный лифт вниз, я прошу тебя, так надо, − Налия обнимает себя за плечи и стекает по стенке. − Там… открыто, я знаю… И нам нужно туда, очень нужно, поверь мне!

Ох уж этот Центр. Вот человек только вошел сюда, а уже поехал крышей. Вид у Налии совершенно безумный. Но что-то было такое в ее лице, что Золлан остановила лифт и направила его вниз.

***

Я больше никогда не видела своих родителей. И я заранее знала, что долго не продержусь. Один день, два, и если местные ребята не прибьют меня, то кто-нибудь из наставников догадается о моей природе.

Когда меня привезли в учебный центр, занятия были в самом разгаре. Меня тут же запихали в одну из групп, даже не дав времени освоиться. И, наконец, были занятия по физическому воспитанию − то, с чем у меня было хуже всего.

Я тут же продемонстрировала свою полную безнадежность. Надо отдать должное моим будущим соученикам, они смеялись не очень долго, когда я рухнула с каната, не продвинувшись не на метр, а потом… ох, да лучше не оглашать весь список позора.

Но они лишь поржали, кое-кто закатил глаза, да и потеряли ко мне всяческий интерес. Я было подумала, что не все так уж плохо, по крайней мере, бить меня никто не собирался, но тут учитель покинул класс. Моментально строй, в котором мы стояли по росту, распался. Кое-кто тут же разбился на пары, и они, сцепившись, словно дикие звери, стали кататься по матам. Это был какой-то популярный тогда вид борьбы, вся молодежь, кроме меня, разумеется, очень этим увлекалась.

Там, в лесу, у нас был небольшой экран и мы изредка, когда совсем уже делать нечего было, смотрели его. Я называла это про себя «придуши своего партнера». Тут не полагалось наносить удары, требовалось повалить противника, и удерживать его в лежачем положении, придавить ему грудь коленом, в общем, как-то затруднить дыхание. Я еще удивлялась, как это у нас не случилось массового мора, после таких-то развлечений.

Вот и сейчас мои одноклассники, обезумев от свободы, тут же кинулись мутузить друг друга. Два парня сражались особенно ожесточенно. Один было занял лидирующую позицию, но второй – ох, ну и силища же − сбросил его с себя и с удвоенной силой несколько раз приложил соперника о пол.

− Сдаешься?! − ревел он, давя коленом на грудь противника. − Ты сдаешься?!

Второй парень весь покраснел от усилий, но не все еще брыкался. И тут я присмотрелась и поняла, что сверху на нем сидит девушка.

− Залн, давай! − в азарте кричали ей.

«Наверное, с таких, как эта Залн, пишут «книги для досуга», − подумала я. И невольно засмотрелась на нее. Ничего удивительного, я в первый раз видела такую девушку… Да и все орали, прыгали, это волнение передалось и мне. И поэтому я не заметила угрозы. Сначала на меня кто-то налетел.

− Ты что стоишь на моем пути?! − раздался окрик за моей спиной. Не успела я опомниться, как меня уже сшибли с ног.

− Чего уставилась? Тоже хочешь получить?

Я пыталась было объяснить, что нет, спасибо, в турнирах не заинтересована, но кто-то уже прижал меня и надавил коленом на грудь. Я задыхалась от неожиданности и не могла произнести ни слова.

На редкость неприятная девчонка. Короткие волосы ежиком, маленькие глазки, лицо, напоминающее крысиную морду, даже передние зубы торчат, как у грызуна, тощая, но сильная, как и все тут.

− Сдаешься, новенькая? – насмешливо прокричала она. А я даже не могла ответить, так сильно она меня придавила. Я бы, наверное, там и померла, потому что всем было плевать. Говорить я не могла, а как еще показать, что я сдаюсь, я не знала, но тут раздался голос, негромкий, но от него все поспешно заткнулись и собрались обратно в строй. Лишь эта отвратительная девчонка продолжала сидеть на мне, но и она сделала такое движение, будто порывалась вскочить, но в последний момент передумала.

− Встать в строй! − повторил голос, на этот раз громче.

− Но она не сказала, что сдается! − запротестовала Крыса.

Тут что-то словно сдернуло ее с меня.

− Самоутверждаешься, да, Зелта? − голос напоминал тщательно сдерживаемое волчье рычание. − Я, кажется, говорил, что выбирать соперников не своей весовой категории − недостойно.

Я подумала, что это вернулся учитель или кто-то из наставников заглянул. Кому еще могло быть дозволено читать нотации, да еще таким тоном? Но когда темнота в глазах прошла, я увидела парня чуть постарше остальных, а может быть, и того же возраста, просто выглядящего старше. Нет, вот с кого определенно писали всех этих великолепных безупречных героев-примеров для подражания всей молодежи Сьюма! Выше всех присутствующих, идеально сложен, и даже в глазах горит то самое фанатичное желание вот прямо сейчас пойти и стать победителем, героем Сьюма и далее по списку. Мы с дядей постоянно смеялись над этим классическим образом, заботливо создаваемым для нас идеологами, но я всегда побаивалась людей, похожих на него.

Вдруг до меня дошло, что я так и валяюсь на полу и разглядываю моего пугающего спасителя. Кое-кто даже засмеялся, но тут же испуганно умолк, когда в его сторону повернулась голова этого парня-с-обложки.

− Я сказал всем встать в строй, − он сделал ударение на слове «всем». Тут, кажется, до него дошло, с какой размазней он имеет дело, и в следующий момент меня с силой взметнули на ноги, чуть не оторвав руку. Снова кто-то хихикнул и поспешно умолк.

Дальше все было как в тумане.

Помню, что мой неожиданный спаситель (я услышала, как кто-то назвал его Зи-Элом), еще долго стоял, сверля всю группу глазами, и рассказывал, какие мы все незрелые и как это недостойное поведение позорит всю группу. И все стояли и слушали, как истуканы, а я боролась с желанием прокашляться, − все-таки эта стерва порядочно помяла меня - и страшно хотела, чтобы все это закончилось. Ну недостойные мы, незрелые, хорошо. Хотя я-то тут причем, я, может быть и зрелая, я бы так и стояла на месте, если бы эта крыса на меня не налетела…

Потом пришел учитель, отчитал всех, кажется, назначил штрафную тренировку, похвалил этого Зи-Эла, и наконец-то нас отпустили. Строй снова рассыпался на отдельные организмы,