Аида. Отмеченная тьмой, стр. 23
равно не увидят и не услышат, пока мы сами не захотим.
Друзья неспеша подошли поближе и встали рядом с ничего не подозревающими мужчинами,
которые в это время вели интересный разговор.
- А ты уверен, граф, что этого достаточно, чтобы выманить бога из его убежища?
- Конечно достаточно, болван! Если бы он был тут, то незамедлительно проявил бы своё
присутствие. Мы же, можно сказать, подпалили кожу его ребёнку.
- Вот тварь! – невольно вырвалось у Аиды. Но, как и предсказывал Дэн, девушку не услышали.
- Да уж, скотское сравнение, - кивнул он, нахмурившись.
Тем временем, Коршун заметил:
- А если бы он не стал разбираться, а сразу шарахнул нас молнией? Не слишком ли глупо было
именно так привлекать его внимание?
- Всё продумано! Если бы он пожелал наказать тех, кто дерзнул жечь его лес, пострадали бы
только эти красноглазые обезьяны. Мы же с тобой вообще стояли в стороне и не участвовали в этом
возмутительном действе. А явись он сюда лично, наверняка сначала решил бы выяснить, какого чёрта
тут происходит.
- Вот я и пришла выяснить, – горько сказала Аида. – А толку?
И опять её никто, кроме Дэна, не услышал.
- Значит, тут никого нет?
- Конечно, нет! Но с нашей миссией затягивать не стоит, вдруг хозяин этих мест вот-вот
нагрянет. Ох и силища у него, должно быть! Запустить сердце нового мира, это тебе не подмышку
чесать!
Дэн ощутимо вздрогнул. По поляне прошёл ветер. Верхушки деревьев начали зловеще
покачиваться взад-вперёд. Луна засияла нестерпимо ярким светом.
- Эй…Эй… Дэн! Подожди! Нам же надо выяснить сначала, что им нужно!
- Я выяснил, – голос бога загрохотал, он поднял голову и посмотрел на Аиду. От неожиданности
девушка отшатнулась. Слишком, нестерпимо, яркие глаза, в которых отражалось зарождение и
разрушение целых Вселенных, они были как никогда опасны. На Аиду смотрело само возмездие, яростное и неумолимое. – Им нужно сердце этого мира.
- Дэн, Дэн! Ты чего завёлся-то так? Что это за сердце? Ты уверен в этом? Мы же не дадим им
достигнуть желаемого, да? Это что-то очень страшное? Да что же ты не отвечаешь? – Аида, не делая
даже крошечной паузы в словах, трясла Дэна за плечи. Его неожиданная вспышка потрясла богиню и
она, не придумав ничего лучше, вела себя как простая испуганная девчонка. Как ни странно, это
сработало. Дэн расслабился и слегка улыбнулся.
- Ладно, не суетись. Я в норме. У каждого мира есть своё сердце – средоточие его жизни. Когда
мир только создан, сердце ещё горячее и мягкое. Потом оно постепенно остывает и твердеет. Если
успеть взять хотя бы часть мягкого молодого сердца, то мир значительно ослабнет, а его создатель
испытает сильную боль, как физическую, так и душевную. Зато тот, кто завладеет этим кусочком, обретёт часть силы творца. А это, при грамотном подходе, даст ему возможность потягаться даже с
некоторыми богами. Кроме того, он сможет в какой-то мере управлять этим миром, изменять его по
собственному желанию.
- Ужас-то какой! Что ж ты мне раньше-то не рассказал? Это ж получается, сотворил мир и сиди, охраняй его, пока сердце не затвердеет, так?
39
- Ну, вообще-то, не обязательно. Новые миры появляются очень редко, и как Сабита вообще
отследила его появление, для меня загадка. Да и до сердца мира добраться невероятно сложно. Во-
первых, его ещё найти надо, оно может быть где угодно. Во-вторых, сам мир будет защищать своё
сердце всеми возможными способами. В любом другом случае я бы не беспокоился, но Сабита… как ни
крути, она достаточно умна для того, чтобы растрачивать свои ресурсы понапрасну.
- Ну ладно, это всё понятно. Но почему ты так завёлся, я не понимаю? Я чуть не сгорела под
твоим огненным взглядом. Мы ведь итак не ждали от гостей ничего хорошего!
- Просто… однажды я тоже пережил это. Сделать такое может только законченный подонок.
Забирая часть сердца, он высасывает жизненные соки мира. Видела когда-нибудь, как прекрасная
цветущая поляна превращается в высушенную пустыню с растрескавшейся землей? А ты при этом
корчишься в ужасных муках, пожираемый внутренним огнём? Я потом им всем отомстил. Но рана
осталась. И когда я понял, зачем пришли эти твои гости… - глаза Дэна снова начали сверкать.
- Всё-всё! Успокойся! А то я тебя боюсь.
Пока они разговаривали, двое мужчин, сопровождаемых армией страшных красноглазых
полулюдей, углубились ещё дальше в лес. Аида и Дэн, переглянувшись, в тот же миг оказались рядом.
Девушка отметила, что у неё это получается всё проще и быстрее.
Теперь компания стояла на небольшом пригорке с серебрящейся в лунном свете травой.
- Ну что, начнем! – скомандовал граф. – Копай яму!
- Зачем это? – подозрительно поинтересовался Коршун.
- Я сказал, копай! И без лишних вопросов!
Коршун, недовольно ворча, начал выполнять поручение начальства. Когда ямка значительно
углубилась, граф извлек из единственного имеющегося у них тюка странное приспособление, похожее
на поварешку с длинной ручкой и острыми, как бритва, краями. Затем достал мешочек угля и ссыпал в
углубление. Бережно поджег.
- Ну и что дальше? – скептически поинтересовался начальник замковой охраны.
- Увидишь, – злорадно ухмыльнулся его спутник. А затем сделал что-то совсем уж непонятное, а
именно, поднял голову и крикнул «мы готовы!».
В этот момент одна из красноглазых обезьян, самая крупная и злобная, подошла к ним и, молча, протянула белую тряпицу, запачканную бурыми пятнами.
- Это то, что нужно? – спросил граф.
Обезьяна ничего не ответила, лишь взглянула на него неожиданно осмысленным взглядом и
кивнула. Затем глаза приобрели прежний звериный вид, и чудовище прыжками вернулось в стаю. Её дар
также отправился в яму.
- Что-то уж очень знакомая тряпочка, - сказала Аида. - Даже концы всё ещё связаны вместе. Она
напоминает повязку. Точно такая была у меня на голове, после того, как я ударилась о каминную
решетку. Да и пятна похожи на высохшую кровь.
- Неееет! – заорал Дэн. Но было уже поздно.
Огонь коснулся тряпицы, и Аида упала на землю. Боль выедала внутренности, как стая
плотоядных муравьёв. Она была настолько внезапной и сильной, что девушка не успела среагировать.
Её мир начал корчиться в конвульсиях, земля содрогалась от ритмичных ударов чего-то огромного.
Аида чувствовала, как в такт бьётся её собственное сердце. Она задыхалась, в груди сильно болело.
Смерть подошла вплотную, казалось, что мышцы разорвутся под натиском нарастающего биения.
Затрещали расходящиеся ребра.
Коршун и граф упали на землю и закрыли свои головы руками.
Вокруг творился ад. Землетрясение вырывало деревья с корнем, небо заволокли чёрные тучи. А
яму с огнём откуда то снизу заполнила горячая пульсирующая плоть. Граф ликующе вскрикнул и на
четвереньках пополз к своей устрашающей поварешке.
Умирающая от страшной боли Аида поняла, что если ему удастся сейчас надрезать хотя бы
кусочек сердца мира, её собственное сердце будет рваться одновременно с ним.
Но тут раздалось мощное и