Кровавый евромайдан — преступление века, стр. 87
Путина надо просто показывать — что он говорит, как он говорит, комментировать необязательно, люди сами разберутся. Ведь из этого в основном сложился его образ для простых людей, которые в политике не разбираются, а просто смотрят телевизор. И думают: нравится или не нравится, верю или не верю.
Есть такое слово «харизма» — его употребляют и понимают, правда, по-разному, а может быть, вообще не понимают. Харизма — это когда человек вызывает доверие, убеждает, когда человеку верят, когда в него верят. У Путина харизма есть, ее нужно донести до украинской аудитории. Нужно просто показывать Путина, просто дать ему слово — на Украине это пока табу, и если его снять — многое сразу изменится к лучшему.
Чтобы завершить разговор о феномене Путина: недавно Папа Римский подарил Путину медаль ангела-миротворца и сказал, что молится за него. Ведь он не просто так это сделал. Это был ясный знак для полутора миллиардов католиков, в том числе для греко-католиков Украины. И в Вашингтоне утерлись, хотя пытались воспрепятствовать, пытались давать Папе указания.
Папа Римский признает и указывает на то, что в феномене Путина есть духовное измерение. Это феномен русской веры, русского духа.
ГЛАВА 6. Преступники у власти должны быть справедливо осуждены и наказаны — это жизненно необходимая вечная идея
Сергей Хелемендик:
Есть вопрос, который занимает людей в мире все больше и больше: кто стоит за всеми этими бесчисленными войнами, преступлениями, геноцидом, террором? И все больше людей дают на него разные ответы — правда, сильные мира сего пока от этих ответов отмахиваются, клеймят правдоискателей словом «конспиролог» и продолжают утверждать, что все эти бесчисленные, нарастающие, как лавина, преступления совершаются исключительно из благих побуждений, во имя свободы и демократии.
Где, по вашему мнению, источник, генератор этого кровавого хаоса, в который мир погружается не то что быстро, а стремительно и ярчайшим проявлением которого стало все, что произошло на Украине?
Виталий Захарченко:
Этот источник зла есть, хотя пока его прямо и конкретно еще не назвали. Это преступники у власти, преступная власть так называемых глобальных «элит». Используются разные термины — «корпорократия», «глобализм», «власть транснациональных корпораций», и все они в той или иной мере отражают происходящее.
Я начну с главной, философской, оценки — с позиции добра и зла.
Когда преступники берут власть в свои руки, преступления начинают приобретать массовый характер.
Особенность сегодняшнего дня именно в том, что мир настолько медиализирован, зомбирован, что преступникам у власти удается при помощи огромного арсенала инструментов информационной войны скрывать свои злодеяния. И даже выдавать их за добродетель.
Меня уже много лет удивляет, как могут примитивные, фальшивые, легко опровергаемые слоганы о свободе, демократии, правах человека в устах тех, кто сеет вокруг себя смерть и разрушение, так долго и успешно действовать.
И ответ один — действуют только потому, что именно они, преступники у власти, сумели разработать наиболее мощные и эффективные технологии манипуляции массовым сознанием и пользуются ими как оружием массового поражения. Манипулируя, натравливают людей друг на друга, ведут на новые бойни.
Сергей Хелемендик:
С преступниками у власти все довольно сложно, потому что само преступление как феномен имеет два неравных измерения — правовое, юридическое, которое постоянно как-то видоизменяется по мере изменения законов, и моральное, духовное, которое неизменно — вспомним десять заповедей.
Только один яркий пример: Наполеон Бонапарт был в массовом сознании французов и европейцев сначала героем, реформатором Европы, написавшим многие законы, действующие по сей день, гениальным полководцем, победителем, завоевателем, творцом великой Франции, спасшим страну, наконец, императором. А потом стал преступником, узурпатором, кровавым чудовищем, деспотом.
А спустя время он снова герой, самый известный французский бренд, Франция им снова гордится…
Виталий Захарченко:
Все так. Я не берусь сейчас выносить Наполеону какой-то приговор. Но думаю, что время наполеонов прошло. Пришло время сетевых глобальных технологий власти, где для наполеонов нет места.
Между эпохой наполеоновских войн и даже прошлым XX веком, эпохами Гитлера и Сталина и нашими днями колоссальная разница. Еще недавно история развивалась таким образом, что сначала была некая идея или идеология, которая персонифицировалась. Так, идею великой Франции персонифицировал и начал воплощать Наполеон, и ему долгое время это удавалось; или сначала Ленин, потом Сталин стали персонификациями будущей победы коммунистической идеи во всем мире на какое-то время, особенно после победы СССР в Великой Отечественной войне.
Спорить о том, преступниками ли были эти деятели истории, конечно, будут всегда, но никто почему-то не называет идею великой Франции преступной. Это обычная в истории идея.
Коммунистическую идеологию иногда пытаются назвать преступной, но это мало кого убеждает, потому что коммунистическая идеология стоит на идее равенства и справедливости.
Еще вчера казалось понятным и бесспорным, что идеология фашизма преступна, что это расизм, нацизм, осужденный после войны Нюрнбергским трибуналом, но, как мы видим сегодня на Украине, даже эту идеологию воскресили, обеляют, отмывают, и в свободной Европе с этим почему-то не очень спорят.
Новое в развитии мира последних десятилетий в том, что под шапкой идеологии глобализма стала реализовываться преступная воля какой-то крохотной горстки, абсолютного меньшинства человечества.
Эта воля преступна изначально, потому что она осознанно, программно попирает сразу все религии, этики и законы. Ее суть — горстки преступников подчиняют себе мир, у них глобальные амбиции, они себе поставили именно такую цель и на пути к глобальному подчинению мира уничтожают все, что им мешает. Подчеркну — глобализм никак не персонифицируется, в качестве его вождей подсовываются какие-то политологи, экономисты, но по сути вожди глобализма спрятаны от глаз и анонимны.
Мне кажется, этот опасный феномен еще мало осмыслен и описан, вернее, подробно описаны его части, специально выставленные для публики атрибуты — «бансктеры», «бильдерберги», семейные кланы Ротшильдов с Рокфеллерами, обо всем говорится и пишется много, но почему-то забывают сказать главное. Но в этом главном и заключены преступные действия преступных элит: их цель — изменить этот мир исключительно для себя, а всё ненужное и всех лишних — уничтожить. Это дьявольская смесь запредельного, патологического эгоцентризма, безудержной алчности и глубокого идейного расизма.
Под идейным расизмом я понимаю то главное, о чем эти элиты сами постоянно и публично говорят — что они превосходят других, что они доминируют.