Грехи ангелов, стр. 18

– Ты уже встречался с Максом и Альдо на мысе Код. Но с Роуз Лил, я уверена, ты еще не знаком.

– Совершенно верно, – с усмешкой сказал он и взглянул на Роуз. – Я был на прослушивании, и мне показалось, что в вас переселилась душа Мэрилин Монро.

– Очень может быть, – ответила Роуз с притворной застенчивостью.

Дрю быстро перевел взгляд на Джеки.

– Значит, все в сборе?

– Мне для этого понадобилось пять лет, – уклончиво ответила она и повернулась к коллегам, кивком давая им понять, что догонит их. – Боюсь, нам не удастся вместе позавтракать, Дрю.

– У вас совещание?

– Что-то вроде этого.

– А я не могу посидеть с вами?

– Только не сейчас.

Джеки все еще не верила ему. Ей еще требовалось для этого время. Кажется, нет никакой пользы ходить за ней по пятам, решил Дрю.

– Хорошо, – согласился он.

Однако хорошего в этом было мало. Ему совсем не нравилось то, как стала переменчива к нему Джеки, как она умеет указать ему на его место, когда он мешает ей. Даже если у нее на это есть все основания…

– Может, поужинаем вместе? – предложила она. – Сам выбери, где.

– Прекрасно.

– Ты злишься?

– Нисколько.

– Это моя вина. Мне надо было подумать, прежде чем приглашать тебя сюда утром. – Джеки вздохнула. – У нас переговоры с Роуз, Дрю. Мы будем говорить о деньгах и о наших делах…

– Говорю же, что все в порядке.

Она внимательно посмотрела на него, чувствуя себя немного виноватой перед ним.

– Ты опоздаешь на ваше совещание.

– Без меня не начнут.

Дрю заставил себя улыбнуться и постарался изобразить на лице покорное выражение.

– Я не хотел, чтобы все так получилось.

– Все нормально, – поспешно сказала она. – Понимаешь, мне надо идти…

– Понимаю.

– Увидимся около семи.

Дрю кивнул и проводил ее взглядом, когда она уходила.

Он позавтракал в кафе через улицу от студии, потому что больше не знал, чем заняться. Проглотил жестковатый стейк с картофелем фри, яблочный пирог и мороженое. Запил все это тремя чашками черного кофе. И начал скучать. Он сидел и смотрел через витрину на улицу. Мимо спешили пешеходы, проезжали черные такси и громадные двухэтажные автобусы.

Нет, Лондон был ему не по душе. Не его это город. Как, впрочем, и другие европейские города. Он чувствовал себя дома только где-нибудь в Нью-Йорке или в Лос-Анджелесе. Ему было уютно и хорошо среди небоскребов, немыслимых неоновых огней реклам, которые зазывали, кричали, манили: покупайте, покупайте, покупайте! Он чувствовал себя как рыба в воде среди этого столпотворения, среди сумасшедших, крутых бизнесменов и… стриптизерш. Дрю с тоской подумал об Анжеле.

Он посмотрел в открытую дверь на улицу и увидел, что из студии вышла Роуз Лил и прищурилась от холодного октябрьского солнца. Он наблюдал, как она пережидала у края тротуара, пока прервется поток машин, как потом перешла улицу и остановилась как раз у витрины кафе. Если бы не стекло, он мог бы дотянуться до нее рукой.

Невидимый, он смотрел, как она проводит рукой по своим темным волосам и поправляет на плече ремешок сумочки. На его вкус, Роуз была слишком худа, не было у нее так любимых им округлостей. Однако у нее было красивое, почти детское лицо с очаровательным ртом.

В этот момент на губах Роуз появилась возбужденная улыбка, и вдруг он позавидовал ее счастью, от которого она так и светилась: впереди у нее было блестящее будущее, большие надежды – нечто такое, чего у него никогда не было. Да и никогда не будет.

Дрю постучал по стеклу. Роуз быстро обернулась и улыбнулась, узнав его. Он жестом пригласил ее присоединиться к нему, и, кивнув, она направилась к дверям кафе. Сделав знак официанту, он смотрел, как Роуз подходит к его столику, продолжая улыбаться.

– Вы потрясающе играли, – сказал Дрю.

В его голосе слышалось искреннее восхищение.

– Благодарю вас.

– Я даже сказал Джеки, что, на мой взгляд, никто, кроме вас, не смог бы сыграть эту роль.

– В самом деле? – пробормотала Роуз, покраснев.

– О да, – небрежно сказал Дрю. – Все остальные претендентки просто бледнеют по сравнению с вами. Я так и сказал.

– А вы присутствовали на всех прослушиваниях?

– Только на самых ответственных, – солгал он. – У меня американский подход к делам.

– Вы американец?

– Совершенно верно.

– Вы консультант этой постановки?

– Что-то в этом роде. – Дрю кивнул официанту, и на столе появились две чашки кофе. – Джеки и я старые друзья.

– Я просто восхищена ею. В этом бизнесе не так уж много женщин-продюсеров, и к тому же таких молодых. – Роуз улыбнулась. – Какая она смелая! Я бы, наверное, не отважилась потратить на эту постановку столько денег и труда… Но, прошу вас, не передавайте ей моих слов! Для меня это действительно огромное событие.

– Ах, мисс Лил, ведь у Жаклин Джонс есть влиятельные друзья, – усмехнулся Дрю. – Не забывайте, ее отец – Дэвид Джонс, лауреат «Оскара», а ее мать… – Он сделал паузу, чувствуя, как пересохло горло. – Ее мать – Анжела Кассини.

– Нет, правда? – воскликнула пораженная Роуз. – Я этого не знала.

– Согласитесь, – продолжал он со значением, – с такими связями она обречена на успех.

– Однако никакие связи не спасают постановщиков от ужасных провалов, – нервно возразила Роуз. – Возьмите хотя бы «Матадора» или «Короля». Последний продержался только пять недель и принес убытка на три миллиона!

Роуз показалось, что Дрю кивает в знак согласия, не зная, что он и слыхом не слыхивал об этих мюзиклах. Более того, он и к театру-то никогда не имел никакого отношения до тех пор, пока не познакомился с Джеки. Единственное, в чем он более или менее смыслил, так это в футболе.

– Как бы там ни было, – продолжала она, – нужно быть реалистами. В наше время, когда билеты в театр стоят таких денег, спектакли должны содержать в себе нечто из ряда вон выдающееся, чтобы публика шла на них и они приносили доход. – Роуз громко вздохнула. – Знаете, иногда я вообще удивляюсь, как я оказалась в этом сумасшедшем бизнесе. Здесь все так ненадежно. Год назад я работала официанткой, и, если это шоу прогорит, я снова окажусь ни с чем.

– Ну-ну! Если вы будете играть главную роль, оно никак не прогорит, – вкрадчиво сказал он. – Верьте мне. Кроме того, Джеки много лет трудилась над этой постановкой, это ее любимое детище. Она даже намерена выпустить к Рождеству пластинку с музыкой из «Мэрилин». Если кому-то и удастся постановка «Мэрилин», то это будет Джеки.

Дрю вспомнилось лето на мысе Код. Джеки как раз закончила работу над последним вариантом сценария, и он едва не свихнулся оттого, что должен был поминутно притворяться, что самозабвенно верит в нее и в ее работу. Целыми днями он только и слышал об этой чертовой постановке и был сыт ею по горло. Если бы не Анжела, он бы не мешкая рванул с восточного побережья в любимый Лос-Анджелес. Если бы он решился на это, то потерял бы все. У него не было бы ни одного шанса…

– Музыка прекрасная. И песни в спектакле просто чудесные, – говорила тем временем Роуз, возвращая его к действительности. – Замечательные…

– Потому что их исполняете вы, – мягко вставил Дрю.

Между тем он начал отчаянно скучать.

– В самом деле? – снова вспыхнула она.

– В самом деле.

Между ними воцарилось неловкое молчание. Роуз пристально посмотрела на Дрю и почувствовала в груди сладостную тяжесть. Сердце у нее так и заколотилось.

– А вы… надолго приехали в Лондон? – застенчиво пробормотала она.

– Я буду здесь сколько потребуется, – сказал он, пристально глядя на нее.

Она покраснела, и на губах Дрю заиграла улыбка, с помощью которой он мог одержать любую победу… Кроме одной.

– Почему ты так восстаешь против моей идеи, Макс? – озабоченно спросила Джеки. – Нельзя же так. Давай хотя бы попробуем.

– Вводить фигуру рассказчика было бы верхом безвкусицы, – ответил Макс и, помолчав, осторожно поинтересовался: – Я могу продолжать?