Спящая кукла, стр. 4

– И что же случилось? – спросил Сандовал, которого больше занимало продвижение расследования, нежели угрозы в адрес Кэтрин.

– Когда он стал отрицать факт знакомства с Херроном, я не заметила никаких признаков стрессовой реакции. И только когда я завела его насчет заговора полиции, Пелл начал демонстрировать подчеркнуто негативные эмоции. Ну и телодвижения, отличные от исходного уровня.

Кэтрин Дэнс часто называли детектором лжи в женском теле, но эта квалификация не совсем точна. На самом деле она так же, как и многие успешные специалисты в кинесике и следователи, была детектором стресса. А стрессовая реакция – главный признак лжи. Как только Кэтрин замечала стрессовые характеристики у допрашиваемого, она начинала копать до тех пор, пока допрашиваемый не сдавался.

Эксперты по кинесике выделяют несколько различных типов стрессовых реакций. Некоторые из них возникают, когда человек говорит не всю правду. Дэнс называла этот тип «стрессом обмана». Но часто люди испытывают общий стресс, возникающий в основном тогда, когда они чувствуют себя неуверенно и нервничают, и он не имеет никакого отношения ко лжи. Подобный стресс сходен с тем, который мы все ощущаем, когда опаздываем на работу, или когда нам нужно выступать перед большой аудиторией, или же когда нам угрожает физическая опасность. Кэтрин обнаружила, что о названных двух типах стресса свидетельствуют разные типы кинесического поведения.

Она добавила:

– У меня возникло ощущение, что Пелл утратил контроль над беседой и не мог его вернуть. И потому вышел из себя.

– Даже несмотря на то, что твои слова поддерживали его вариант защиты? – Долговязый Хуан Миллер рассеянно почесал левую руку. Между указательным и большим пальцем у него остался шрам – остаток удаленной бандитской татуировки.

– Именно.

И вот тогда-то воображение Кэтрин совершило один из привычных для нее неожиданных бросков. От «А» к «В» и от него к «Х». Она не могла объяснить, почему они происходили, но всегда умело их использовала.

– А кстати, где убили Роберта Херрона? – Кэтрин подошла к карте округа Монтерей на стене кабинета Сандовала.

– Вот здесь. – Прокурор ткнул пальцем в участок внутри желтой трапеции.

– И там же расположен колодец, в котором обнаружили молоток и бумажник?

– Да, примерно там.

Колодец находился в четверти мили от места преступления, в жилом районе.

Дэнс пристально смотрела на карту и чувствовала, что Ти-Джей также пристально смотрит на нее.

– Что случилось, босс?

– У вас есть фотография колодца?

Сандовал порылся в папке:

– Эксперты Хуана сделали много снимков.

– Криминалисты-душки любят свои игрушки, – заметил Миллер, и в устах такого «бойскаута» рифмовка прозвучала довольно странно. Он смущенно улыбнулся. – Просто подцепил где-то.

Прокурор достал стопку цветных фотографий, перелистал их и нашел те, что нужно.

Взглянув на фото, Дэнс спросила Ти-Джея:

– Мы ведь вели там одно дело шесть или восемь месяцев назад, помнишь?

– Да, конечно, о поджоге. В районе новой застройки.

Постучав пальцем по тому месту на карте, где расположен колодец, Кэтрин продолжала:

– Там до сих пор ведется строительство. А здесь у нас, – она кивнула на снимок, – колодец, вырубленный в каменистой почве.

Всем было хорошо известно, что вода в этой части Калифорнии так высоко ценится, что колодцы в твердой породе, с низкой производительностью и ненадежные, никогда не используются в сельском хозяйстве для орошения, а только для бытовых нужд.

– Черт! – Сандовал на мгновение прикрыл глаза. – Десять лет назад, когда убили Херрона, там повсюду была возделанная земля. И конечно же и в помине не было колодца.

– Его не было там еще год назад, – пробормотала Кэтрин. – Вот что так взбесило Пелла. И я оказалась очень близка к истине: кто-то действительно украл молоток у его тетки в Бейкерсфилде, подделал бумажник и совсем недавно подложил все это в новый колодец. Но вовсе не для того, чтобы повесить на Пелла преступление.

– Да уж… – едва слышно пробормотал Ти-Джей.

– Что? – растерянно переспросил Миллер, переводя взгляд с одного агента на другого.

– Пелл сам все подстроил, – ответила Кэтрин.

– Зачем? – спросил Сандовал.

– Потому что не мог сбежать из «Капитолы». – Данное исправительное учреждение, подобно «Пеликан-Бей» на севере штата, представляло собой самую современную супертюрьму. – А вот отсюда сбежать ему не составило бы никакого труда.

Кэтрин Дэнс рывком сняла телефонную трубку.

Глава 3

Сидя в одиночке, Дэниел Пелл внимательно изучал свою камеру и коридор за ней, ведущий во двор тюрьмы. Внешне Пелл сохранял абсолютное спокойствие, но в душе пребывал в сильнейшем волнении. Зеленоглазая женщина-полицейский в очках сумела не на шутку напугать его невозмутимым взглядом и твердым, уверенным голосом. Он никак не ожидал, что кто-то сможет проникнуть в его мысли так глубоко и так быстро. На самом деле Пеллу показалось, что она их просто прочла.

Кэтрин Дэнс…

Пелл повернулся к Бакстеру, охраннику, стоявшему у дверей его камеры. Нормальный надзирала, не то что тот, который сопровождал его из «Капитолы», черный громила, твердый, словно эбеновое дерево. Сидит молча у выхода и глаз не сводит с подопечного.

– Как я и говорил, – продолжил Пелл беседу с Бакстером, – Иисус мне помог. А я тогда выкуривал по три пачки в день. И Он нашел время, чтобы мне помочь, хотя бывает ох как занят. Таким, как мы, это хорошо известно. И вот с Его помощью я бросил, так, словно никогда и не начинал.

– Да уж, от такой помощи и я бы не отказался, – признался надзиратель.

– Можешь мне не верить, – продолжал Пелл, – но завязать с куревом было труднее, чем с выпивкой.

– Я пробовал, знаешь, такую штуку, что наклеивают на руку. Не помогло. Может быть, мне стоит помолиться завтра и попросить Господа о помощи. Мы ведь с женой каждое утро молимся.

Пелла это не удивило. Он уже обратил внимание на значок на отвороте куртки охранника. В форме рыбы.

– Очень достойное занятие.

– На прошлой неделе я потерял ключи от машины, и мы с женой молились целый час. И Иисус подсказал мне, где они лежат. Знаешь что, Дэниел, у меня появилась идея. Ты будешь здесь все дни слушания дела. Если хочешь, мы можем молиться вместе.

– Твое предложение – большая честь для меня.

Зазвонил телефон Бакстера, а мгновение спустя раздался оглушительный звук сирены.

– Что за чертовщина?

Охранник из «Капитолы» вскочил на ноги.

На автомобильной стоянке вырос огромный огненный шар. Зарешеченное окно в камере было открыто, в него влетел сноп огня. Помещение заполнил грязный черный дым. Пелл упал на пол. Свернулся калачиком.

– О господи!..

Бакстер застыл от ужаса и как зачарованный уставился на языки пламени, охватившие всю стоянку за зданием суда. Схватился за телефон, но связи не было. Тогда охранник сорвал с пояса рацию и, захлебываясь, сообщил о происшедшем.

Пелл встал на колени и начал читать «Отче наш».

– Эй, Пелл!

Заключенный открыл глаза.

Громадный охранник из «Капитолы» стоял напротив с «тазером» в руках. Он швырнул Пеллу ножные кандалы:

– Надевай. Мы пойдем по коридору через главный вход и сядем в машину. Ты…

Взорвался бензобак еще одной машины, и несколько языков пламени влетели в камеру. Все непроизвольно скорчились.

– …будешь сидеть рядом со мной. Понял?

– Да, конечно. Пойдемте! Пожалуйста! – Пелл поспешно нацепил на себя кандалы и надежно закрепил их.

Срывающимся голосом, весь в поту от страха, Бакстер произнес:

– Как ты думаешь, что это? Террористы?

Охранник из «Капитолы» не обратил ни малейшего внимания на запаниковавшего надзирателя, он не сводил взгляда с Пелла.

– Если не сделаешь в точности то, что я тебе сказал, получишь пятьдесят тысяч вольт в задницу. – Он направил «тазер» на заключенного. – Если тебе неудобно так идти, я могу оставить тебя здесь, чтобы сгорел заживо. Понял?