Любовь на острие кинжала, стр. 72

– Алиса! Вы пришли освободить меня?

– Я не могу, – сказала Алиса, и в голосе ее прозвучали бессилие и страх. Она посмотрела вокруг диким взглядом: – Если Тарстон узнает, что я спускалась сюда… Я подкупила стражника, отдала свою любимую золотую пряжку. Я сказала ему, что, если он выдаст меня, я обвиню его во лжи и воровстве и ему выжгут глаза.

Она подошла ближе к решетке и заглянула внутрь. Ее нос сморщился от омерзения.

– Господи! Как вы можете здесь находиться? Здесь так отвратительно воняет.

– Да, это так, – резко сказала Эннис. Раздражение боролось в ней со здравым смыслом. Ей нельзя было злить свою кузину – в ней была единственная надежда на помощь. – Какие у вас новости, Алиса? Мой лорд дал знать о себе?

Алиса покачала головой:

– Нет. Единственное, что я знаю, так это то, что очень боюсь ле Дрейка.

– Рольф не причинит вам вреда, до тех пор, конечно, пока вы не причините вреда мне или его сыну. – Эннис сделала паузу, чтобы дать кузине почувствовать смысл этих слов, затем добавила: – Он придет за мной. Дракон никогда не позволит Тарстону держать нас здесь. А это правда, насчет короля?

– Что он умер? Да, правда, – раздраженно сказала Алиса. – Смерть Иоанна нарушила все планы моего мужа. Он собирался соединить свои силы с силами короля, вы же знаете.

До Эннис только сейчас дошло, что приход Алисы, по-видимому, тесно связан со смертью короля. Она поднялась на цыпочки и прошептала:

– Алиса, вы должны послать весть обо мне Рольфу, он должен знать, где я, пожалуйста, вы моя кузина, моя кровь.

Тревога исказила совершенные черты Алисы:

– Но если Тарстон узнает, он изобьет меня или сошлет куда-нибудь. Нет, это слишком опасно, и, кроме того, где гарантия, что этот зверь, ваш муж, не убьет меня, как только появится здесь? Нет!

Глубоко вздохнув, Эннис сказала холодно:

– Рольф не животное. Он благородный и честный лорд, и все, кто ему служит, любят и уважают его. Ни у кого нет причин жаловаться. В его подземельях сидят только разбойники, которым там самое место.

Алиса нахмурилась:

– Меня не интересуют люди в его подземельях, а те, кто заключен здесь, это в основном должники, не желающие платить законных налогов. – Она помолчала. – Я ведь пыталась помочь вам.

– Да? И почему же лорд Тарстон не освобождает меня?

– Тарстон? Нет, я имела в виду прошлый год, когда вас заставили выйти замуж за Дракона. Это я послала людей спасти вас, но им это не удалось. Мои люди оказались неумелыми дураками. Они ждали, пока закончится свадьба, и потом… А впрочем, это уже не имеет значения. – Она ближе придвинулась к Эннис. – Я просто хотела сказать, что забочусь о вас и пыталась помочь.

Пораженная этим открытием, Эннис сперва не нашлась что ответить. Затем спросила:

– И кого же вы послали мне на выручку?

– Сэра Саймона де Роже. Я всегда считала его благородным человеком, но клянусь, на сей раз он все испортил. Правда, он обвиняет других. Будто бы его указания были неправильно поняты… Но я была о нем гораздо более высокого мнения, и мне казалось, что он сумеет защитить вас. – Она взглянула себе под ноги и скорчила гримасу: – Святая Мария! Да здесь что-то вроде ядовитых слизней. Вдруг они заползут мне в ботинки! И как вы выносите все это?

– Это нелегко. – Эннис едва удержалась от крика. – Алиса, если вы не можете помочь мне выйти отсюда, то хотя бы дайте знать Рольфу, где я. Он это должен знать!

Страх исказил лицо Алисы:

– Я сделаю все, что смогу, но я ничего не обещаю. – Ее большие глаза сузились. – Если Дракон явится за вами, вы ведь не позволите ему причинить мне вред?

Алиса оставалась собой, она думала только о своих интересах. Хотя временами рука ее и бывала щедрой, сердце всегда оставалось холодным.

– Никакого вреда не будет вам от ле Дрейка, клянусь. Никогда в жизни он не поднимал на меня руку, хотя у него и имелись причины для этого.

Глаза Алисы расширились:

– Он никогда вас не бил?

– Нет, хотя иногда и пугал меня этим.

Алиса покачала головой с недоверием.

– Я сделаю все, что смогу, – повторила она. Потом глаза ее расширились: – Да, я совсем позабыла.

Она порылась в складках своего плаща, достала маленькую матерчатую сумку и открыла ее. Сумка, однако, оказалась слишком велика, чтобы пролезть сквозь решетку, и она стала подавать Эннис ее содержимое по частям, стараясь не задеть руками скользкие прутья.

– Я тут принесла кое-что для вас со стола. Здесь, наверное, и еда не очень хорошая…

– Вообще никакой, – мрачно подтвердила Эннис. Ее рот наполнился слюной, а в желудке громко заурчало, когда она почувствовала запах хлеба и жареного мяса. Кроме того, Алиса принесла сыр и два апельсина. Она ругалась, проталкивая их через частые прутья решетки. Эннис немедленно засунула кусок хлеба в рот. Она поклялась себе, что никогда больше не станет пренебрегать пищей. Откусив несколько раз, она немного утолила голод и спросила:

– А что Джастин?

– Кто?

– Сын Дракона. – Эннис проглотила кусок сыра и спрятала остатки еды в матерчатую сумку, которую Алиса сумела пропихнуть сквозь решетку. Если ей удастся уберечь ее от крыс, то она сможет сделать небольшой запас пищи. – Что с ним?

Пожав плечами, Алиса сказала:

– Он в детской, я думаю. Я видела его, когда шла сюда. О, может быть, вы не знаете, у меня теперь еще один ребенок, наконец-то мальчик. Тарстон был так рад, когда он родился. Он подарил мне снежно-белую верховую лошадь и изумрудное ожерелье, представляете? Оно действительно прекрасно, с большими камнями и тонкой оправой.

Эннис открыла было рот, но передумала. Она вспомнила, сколько незаконнорожденных детей наплодил Тарстон от своих добровольных и подневольных наложниц. Бедная кузина… Она пробормотала слова поздравления, затем сказала:

– Вы должны сделать для меня кое-что. Подумайте, прежде чем откажете. Это очень важно. Джастин – невинный ребенок. Вы должны обещать мне – что бы ни случилось со мной, вы проследите за тем, чтобы Джастина вернули отцу. Сделайте это для меня.

– Да вам-то что до него? – Алиса нахмурилась. – Это ребенок Дракона. Что вам за дело до его судьбы?

– Я люблю Рольфа. И я привязалась к его сыну еще задолго до того, как полюбила своего мужа. Я знаю, что ваше положение шаткое, незавидное, но я знаю также, вы сможете сделать то, о чем я прошу. Вы умны. Вы гораздо умнее, чем думает Тарстон. Под кажущимся легкомыслием и любовью к сплетням в вас прячутся более глубокие чувства, чем те, что вы показываете окружающим. Позаботьтесь о Джастине. Уберегите его от Тарстона, и я сделаю так, что Рольф будет вам благодарен за это.

Алиса подняла глаза, и Эннис прочитала в них, что еще не все так безнадежно.

– Хорошо, я сделаю, что смогу, – пообещала она.

Появился тюремщик. Он сообщил Алисе, что та должна уйти, пока не пришел его сменщик. Он заглянул в камеру Эннис, затем начал прохаживаться у двери, вращая на пальце кольцо с ключами и всем своим видом показывая нетерпение.

Алиса быстро шепнула слова прощания. Затем приподняла подол своего платья, чтобы не запачкаться, и двинулась за тюремщиком. Эннис слышала, как они удаляются по длинному узкому коридору. Она не удержалась от горькой улыбки. Вспомнит ли Алиса когда-нибудь свое обещание или предпочтет не рисковать и не вмешиваться ни во что? Последнее казалось весьма вероятным; но ее обещание все же было кое-чем. На что могла рассчитывать Эннис, если бы кузина не появилась сегодня у дверей ее камеры? И у нее была теперь сумка с провизией, которой она могла хоть как-то притушить мучительный голод.

Эннис прислонилась спиной к двери и принялась изучать свою темную камеру в надежде найти место для сумки, где бы крысы ее не достали.

Война разорила земли вокруг замка Стонхем. Леса сильно пострадали от пожаров, поля были вытоптаны. Изможденные лица и затравленные глаза крестьян говорили о горе и голоде.

– Они разбегаются, словно запуганные дворняги, – заметил сэр Гай, когда они проехали мимо разрушенного строения.